Поменялись ли стратегические ориентиры США в Сирии?

Террористы угрожают «зонам деэскалации» на юго-западе и северо-западе Сирии

1499511546_ssha_siriyaНа минувшей неделе информационные сводки с Ближнего Востока несколько отошли на второй план, будучи вытесненными в передовицах информационных агентств тревожными сообщениями об очередной эскалации кризиса вокруг Северной Кореи, энергично подпитываемого воинственными заявлениями Дональда Трампа и его ближайшего окружения. Как справедливо заметил в одном из политических ток-шоу эксперт-американист Сергей Судаков, обострение ситуации на Корейском полуострове берёт начало в 1990-х годах усилиями администрации Клинтона, делавшего всё для укрепления связей с Сеулом на условиях Вашингтона. Предполагалось решать проблему Северной Кореи руками Южной Кореи, для чего на территории последней были определены «особые зоны», куда стали американские войска, и каждый раз Южная Корея платила огромные деньги за так называемую «защиту» со стороны своего так называемого «союзника». В какой-то момент в Сеуле начали понимать, что прогресс и развитие страны никак не связаны с устремлениями Вашингтона, заинтересованного в решении чужими руками своих глобальных задач. В Южной Корее стала обсуждаться идея предоставления северянам материальной помощи в обмен на закрытие их ядерной программы и постепенного интегрирования Пхеньяна в нормальный переговорный процесс, что категорически не устраивает Вашингтон, планомерно усиливающий своё военное присутствие на юге Корейского полуострова. В 20 километрах от Сеула появляется 42-тысячный корпус с перспективой доведения его численности до 70 тысяч человек. На робкие возражения южан о том, что таким образом их готовят к совершенно не нужной им войне (причём за их собственные деньги), следует ещё большее обострение ситуации, причём по инициативе Вашингтона, а не Пхеньяна, которому такое обострение нужно меньше всего. Неудачные попытки Трампа в очередной раз «заработать» на военной истерии связаны с неспособностью США решить так называемую «проблему Северной Кореи» военным путём, однако военная истерия зашла слишком далеко. Не исключено, что условная «красная черта» для американского лидера уже перейдена: не так давно один из поддерживающих его проповедников и пригрозил: в случае, если Трамп не нанесёт удара по КНДР, он продемонстрирует, что его угрозы ничего не стоят, и паства от него отвернётся. Постоянное информационное подстрекательство помутило мозги многих американских граждан, и, что самое опасное, развязывание Америкой крупномасштабной войны против Северной Кореи очень сильно ослабит и Россию, и Китай, а следовательно – такая война для Соединённых Штатов выгодна.

Невооружённым глазом заметно, что характерные черты подобного рода политики мы видим и в действиях администрации Трампа на Ближнем Востоке. К примеру, многомиллиардные оружейные контракты с Эр-Риядом, резко взвинтившие градус антииранской истерии, способствующие эскалации агрессии протий Йемена и других региональных очагов напряжённости. Ранее решать «сирийской вопрос» предполагалось при активном содействии региональных союзников. Заметим, что в чём-то сходной с северокорейской схеме накручивалась в 2013, 2016 и 2017 годах международная напряжённость вокруг Сирии, разве что в качестве предлога использовалось «химическое оружие», компоненты которого переправлялись боевикам Идлиба через турецкую территорию (1). Не говоря о том, что только на американское вмешательство в Сирию, включая подготовку и снабжение разномастных боевиков, террористов и наёмников, могло уйти более 11 млрд долл. (и это без учёта затрат союзников). Таким образом, вовсе не следует думать, что внимание Вашингтона к Сирии ослабло: вряд ли разноголосица в тональности и направленности выступлений тех или иных официальных лиц должна вводить в заблуждение. Аналогично вышеупомянутой «северокорейской» логике, активные действия в Сирии видятся эффективным средством «сдерживания» России и Ирана.

Выставка захваченного у «ИГ» (запрещенная в России террористическая организация) в Ираке оружия. Сколько его перетекло в Сирию, достоверное не может оценить никто

Как известно, курс на отстранение от власти «диктатора» Башара Асада был избран не вчера и не сегодня, а гораздо раньше, возможно – задолго до того, как в марте 2011 года занялся беспорядками (стремительно охватившими и другие районы страны) южный города Дера`а. Тот самый, который некоторое время назад вошёл в созданную по итогам российско-американских (с привлечением, как минимум, Иордании и Израиля) консультаций. В считанные месяцы с благословения и под любовным присмотром иностранных разведок на сирийской территории была сформирована структура, призванная объединить и в дальнейшем управлять борьбой всех недовольных против Дамаска. Уже к 2012 году под контроль боевиков «свободной сирийской армии» перешли обширные территории в «суннитской» части страны, а 15 июля ССА в координации с сотнями других группировок дала старт т.н. «операции Вулкан» по захвату столицы страны. Долгие годы в качестве основного инструмента ликвидации «режима» использовались различные радикальные группы, включая террористическо-наёмнические банды, стоявшие два года назад в полушаге от окончательного успеха. Однако успешный ход начатой 30 сентября 2015 года операции ВКС РФ и успехи, одерживаемые сирийской арабской армией при поддержке союзников, показали никчёмность и принципиальную нереализуемость деструктивных планов, а также истинную цену так называемым «сирийским революционерам». Тёмные и мутные личности, ещё вчера претендовавшие на право распоряжаться судьбами страны, теперь торгуются за условия, на которых они могут быть отправлены в тот же Идлиб… Вместе с тем, процесс национального примирения, будь то в Сирии или в других странах, сложно представить без локальных замирений с последующей интеграцией местных вооружённых отрядов и племенных групп, охраняющих «свои» поселения, к мирной жизни (2). Именно это, как мы видим, и происходит при активной посреднической роли Российского центра по примирению сторон, причём весьма успешно. По сообщению Министерства обороны России, отряды вооруженной сирийской оппозиции провинций Алеппо, Идлиб, Дамаск, Хама, Хомс и Эль-Кунейтра участвуют в переговорах о присоединении к режиму прекращения огня. Так, РИА Новости со ссылкой одного из командиров «сирийской свободной армии» отмечают стремление «через посредника связаться с российской стороной, чтобы достичь договоренности по зоне деэскалации в Идлибе и южном пригороде Алеппо. Нас уполномочили группировки говорить от их имени».

8 августа стало известно о возможном объединении группировок «Джейш аль-Ислам» и «Файлак ар-Рахман» в борьбе против террористов «Хайят Тахрир аль-Шам» в анклаве Восточная Гута. Сообщается, что совместные силы обеих фракций взяли штурмом базы «тахрировцев» в городах Джисрин, Кафр Батна, Сакба и аль-Ашари. Скорее всего, руководство «Файлак ар-Рахман» надеется вернуться за стол переговоров с Дамаском с выходом на предложенное российской стороной перемирие в обмен на удаление радикалов-джихадистов из восточных предместий Дамаска.

Большой склад оружия отправленных ранее в Идлиб террористов, найденный на востоке Дамаска. Фото: Anna News

Политико-дипломатические консультации с участием международных посредников и стран-гарантов по-прежнему ведутся как в Женеве, так и в Астане, причем предположения отдельных наблюдателей о бессмысленности «женевского» формата являются, по крайней мере, преждевременными. Технические консультации перед очередным раундом межсирийских переговоров в Женеве запланированы на 22 августа и состоятся в Женеве и Лозанне, заявил РИА Новости глава «каирской» платформы Фирас аль-Халиди. По его словам, повестка дня встречи с просаудовским т.н. «Высшим комитетом по переговорам» включает обсуждение вопросов о создании единой делегации оппозиции и возможность созыва всеобщей конференции сирийской оппозиции с целью избежания раскола. Ранее появилась информация о готовности доселе непримиримого ВКП к встрече с представителями «альтернативных» фракций в Эр-Рияде до новых переговоров в Женеве. По данным некоторых СМИ, общая конференция всех оппозиционных структур может состояться в Эр-Рияде 15 августа. Несмотря на позитивные ожидания, вопрос о создании единой делегации оппонентов официального Дамаска, видимо, остаётся открытым. Возможно, некоторым образом начнёт сказываться дефицит у закордонных «буревестников сирийской революции» наличных средств. Так, по словам доктора Джавада Абу Хатаба, возглавляющего эфемерное «временное правительство» по версии дислоцирующейся в Стамбуле «Национальной коалиции оппозиционных и революционных сил», оппозиция полностью привязана к наличным деньгам до такой степени, что официальные лица полагаются на добровольческую работу, чтобы поддерживать ее. Хатаб сказал, что все позиции в «сирийском временном правительстве» считаются добровольными с начала августа и будут оставаться таковыми в обозримом будущем. Несмотря на это, волонтеры в конце каждого месяца будут получать денежную компенсацию (указанную в бонусе), которая будет выплачена в соответствии с имеющимися финансами.

Что касается очередного раунда переговоров в Астане, то он может состояться в августе или даже в сентябре, причём переговоры будут касаться разногласий межу Ираном и Турцией по одной из зон деэскалации. «По зоне деэскалации в Идлибе пока идут консультации на рабочих уровнях между турками, нами и иранцами, а также американцами в какой-то мере», — приводит слова дипломатического источника агентство Интерфакс. Следующим шагом после создания зон деэскалации на территории САР должна стать трансформация отрядов вооруженной оппозиции в политические силы, полагает старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов. «Хочу отметить одну очевидную вещь, которую многие не замечают. Наличие в Сирии десятков тысяч вооруженных боевиков – это не лучший фон для нахождения политического урегулирования. Поэтому задача по созданию зон деэскалации действительно важна, однако она – задача первого этапа», – отметил он в ходе состоявшегося в пресс-центре МИА «Россия сегодня» круглого стола на тему «Возможен ли прорыв на переговорах Астана-6 по урегулированию в Сирии?» За рядом действующих в Сирии вооруженных формирований стоят внешние силы, и прежде всего Турция, продвигающая свои интересы на территории соседнего государства. Прежде всего, Анкара стремится не допустить создания на севере Сирии какого-либо курдского квазигосударственного образования, а в более широком плане – не исключено, что речь может идти об аннексии части сирийской территории с компактным проживанием туркоманов. Россия – единственная страна, Вооружённые Силы которой находятся в Сирии легитимно, по приглашению властей страны. Тем не менее, США играют одну из ключевых ролей в сирийском конфликте, создавая свои опорные пункты, прежде всего на территории контролируемой курдскими вооружёнными формированиями и отрядами так называемой «умеренной оппозиции».

Помимо Ракки, основное внимание силы проамериканской т.н. коалиции будут уделять Дейр-эз-Зору, который становится основным направлением военных действий. США стремятся закрепиться в стратегически важных районах страны: видимо, вовсе не случайно базирующиеся в провинции проамериканские группировки объявили об объединении в альянс «Крылья свободы» с целью занятия её административного центра под командованием некоего Ясира Изз аль-Дин аль-Турки (3).

Оценивая перспективы сотрудничества на сирийском направлении между Вашингтоном, Москвой и Анкарой, Борис Долгов отметил существенные различия в интересах каждой из стран на Ближнем Востоке: «Я убеждён, что цель Соединённых Штатов – устранение Асада или расчленение Сирии как государства. Причём раньше они делали ставку на силы исламистов, в том числе радикальных, а когда это не сработало, то они стали активно поддерживать курдские силы». Как программа-минимум (широкая автономия), так и программа-максимум (создание независимого государственного образования) курдов в целом укладывается в планы США в регионе. Одним из очевидных доказательств интереса к поддержке американцами курдов являются активные поставки оружия отрядам «Сирийских демократических сил» со стороны Пентагона. Кроме того, «санкции Соединенных Штатов в отношении России являются достаточно важным шагом, направленным на конфронтацию с Москвой. У России был достаточно жесткий ответ на это, однако российская сторона всегда пытается мягко и гибко подходить к международной политике».

Несмотря на продолжающуюся антироссийскую истерию в США, двусторонние российско-американские контакты по линии военных ведомств не прекращены. 8 августа начальник генштаба Вооруженных Сил России Валерий Герасимов обсудил функционирование зоны деэскалации на юго-западе Сирии со своим американским коллегой Джозефом Данфордом. Оценить результативность диалога позволит динамика ближайших месяцев как внутри зон деэскалации, где (кроме Идлиба) приступила к работе российская военная полиция, так и на остальной территории страны.

Боевики запрещённой в России террористической коалиции «Хайат Тахрир аш-Шам» могут начать на юге Сирии новую кампанию, набирая новых адептов. Согласно некоей листовке, террористы обратили взоры на провинции Дера`а и Кунейтра, призывая молодых людей на джихад, «поскольку ислам сталкивается с серьезной «угрозой» в этом районе». Примечательно, что слухи об активизации экстремистов начали распространяться спустя несколько дней после объявленного в этой части Сирии перемирия между правительством и оппозиционными группировками. 11 августа террористы «Хайят Тахрир аль-Шам» обстреляли жилых кварталов шиитских поселения Фу`а и Кафрайя в провинции Идлиб; также ударом с беспилотника повреждён единственный резервуар с питьевой водой. Ранее, в июле террористы переименованной «Джабхат ан-Нусры» (их общая численность оценивается в 70 тысяч) разгромили в Идлибе боевиков протурецкой группировки «Ахрар а-Шам», способствуя реализации на северо-западе Сирии наиболее радикальных сценариев.

Стратегическое значение «зоны деэскалации» Идлиба

7 августа в провинции Анбар Ирака близ сирийского Ат-Танфа боевики «халифата» предприняли успешную атаку на шиитскую группировку «Саид аль-Шухада», уничтожив и пленив десятки её бойцов. Согласно иранским источникам, что после атаки боевиков по шиитским отрядам был нанесен удар артиллерией HIMARS, ранее развернутой в районе Ат-Танфа. В случае подтверждения данной информации, либо же повторение возможных инцидентов будет свидетельствовать о том, что США по-прежнему используют боевиков террористических группировок для достижения своих стратегических целей в Ираке и Сирии. Обращает на себя внимание и активность «ИГ» на востоке провинции Хомс, а также очередная волна подрывов террористов-смертников, в том числе на территориях, входящих в «зоны деэскалации».

В перспективе подобные инциденты могут привести к серьёзному кризису астанинского переговорного процесса и значительным трудностям в продвижении процесса национального примирения. Противников мира в Сирии более чем достаточно, как внутри, так и за пределами страны, и они по-прежнему представляют собой реальную угрозу. Подобно тому, как обострение ситуации вокруг КНДР используется ими в качестве рычага давления на Пекин и Москву, сирийская смута рассматривается в качестве эффективного инструмента «сдерживания» Москвы и Тегерана.

Можно полностью согласиться с Борисом Долговым: говорить о скором решении сирийского кризиса, кровопролитный и ожесточённый характер которого во многом был обусловлен внешней радикализацией, пока преждевременно. Если Россия будет последовательно продвигать интересы регионального мира и стабильности, эту будет приближать позитивное решение многолетнего конфликта.

Андрей Арешев, для «Военно-политической аналитики»


Примечания

  1. Не забудем также про сравнения «темниц Асада» с нацистскими концлагерями и «преступлениями режима Милошевича», что пока забылось, но вполне может быть актуализировано в случае надобности.
  2. О том, как может проходить процесс трансформация вооруженной оппозиции в политические силы, свидетельствую не только примеры Колумбии или Ливана, но и опыт замирения после кровопролитной гражданской войны в Таджикистане, ключевую роль в прекращении которой во второй половине 1990-х годов сыграли Россия и Иран.
  3. В свежеиспечённый альянс вошли: Mu’tasim Brigade, Revolutionary Shield Brigade, Dignity Battalion, Abbas Battalion, Sons of Islam Movement, Brigade of God, Omar Battalions, Ali ibn Abi Talib Battalion, Ansar Battalions, Descendants of Mustafa Battalion, Sword of Justice Battalion, Liberation Brigade, Badr Brigade, Special Forces Brigade, Sa`d ibn Abi Waqqas Battalions,Euphrates Commando Battalion, Dhi Qar Battalion,Muhajir Brigade, 64th Special Forces Brigade, Muhammad Battalions. По сведениям информагентства «Аль-Масдар», боевики этих группировок были переброшены в провинцию Хасака авиацией США из Аль-Танфа.

Добавить комментарий