Хрупкий российско-грузинский диалог – под прицелом «Джавелинов» и НАТО

В преддверии намеченной на 31 января в Праге встречи спецпредставителей России и Грузии по вопросам нормализации двусторонних отношений (формат «Карасин-Абашидзе») заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин в очередной раз обратил внимание на факторы, препятствующие процессу нормализации двусторонних отношений. В частности, дипломат указал на беспочвенный характер надежд на то, что через нормализацию отношений с Россией в Тбилиси могли бы рассчитывать на отмену признания Россией Абхазии и Южной Осетии в качестве независимых государств. Тем не менее, российская сторона готова «и дальше прагматично продолжать дело оздоровления двусторонних отношений» и «пойдет по пути нормализации так далеко, как к этому готовы в Тбилиси. Заинтересованы в полном восстановлении добрососедских российско-грузинских отношений, но… не ценой отказа от судьбоносных решений по Абхазии и Южной Осетии».

Точка зрения официального Тбилиси в очередной раз была выражена премьер-министром Грузии Г. Квирикашвили в ходе дискуссии на тему «Стратегическое мировоззрение: Евразия» 23 января рамках очередного Давосского форума: «Россия должна учесть, что напрасны ожидания, что правительство Грузии смирится с «существующей реальностью», то есть с существованием на нашей территории так называемых новых государств. Так что наши дискуссии должны основываться на уважении территориальной целостности Грузии, которая должна стать краеугольным камнем любых дискуссий в нашем регионе».

24 января нижняя палата российского парламента ратифицировала соглашение от 31 марта 2017 года между Российской Федерацией и Южной Осетией, регламентирующее порядок вхождения отдельных подразделений Вооруженных сил кавказского государства в состав российской армии. Реакция МИД Грузии оказалась предсказуемой: «Это очередной незаконный шаг на пути к фактической аннексии Цхинвальского региона (терминология сохранена – Прим. авт.) со стороны Российской Федерации, который полностью игнорирует фундаментальные нормы и принципы международного права». В Тбилиси обвиняют Москву в пренебрежении фундаментальными нормами и принципами международного права и «грубом нарушении» заключенного при посредничестве Евросоюза соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года. Между тем, после 26 августа политико-правовые реалии Кавказского региона кардинально изменились, что было непосредственно связано с событиями «пятидневной войны», открытой нападением грузинских вооружённых формирований на Цхинвал и убийством российских миротворцев.

Несмотря на кажущийся сдвиг в реализации известного соглашения 2011 года «О торговых коридорах», в его трактовке между Москвой и Тбилиси сохраняются заметные разногласия. Приносящий несомненную пользу Грузии рост товарооборота и туристического потока из России ни в коей мере не сказывается также и на ходе Женевских дискуссий, где «грузинская делегация вот уже долгое время систематически срывает даже принятие совместного заявления участников дискуссий о неприменении силы». Г. Карасин увязывает неконструктивную позицию Тбилиси с реализуемыми НАТО и США планами по укреплению военного потенциала Грузии: «В стране создается натовская инфраструктура, планируются или уже начались многомиллионные поставки Тбилиси новейших систем вооружения: французских систем ПВО и американских противотанковых ракетных комплексов. А США приступают к программе боевой подготовки грузинских военнослужащих».

Как известно, до последнего времени дальше других постсоветских стран Грузия продвинулась по пути военно-биологического сотрудничества с Пентагоном, открывшим в 2011 году близ Тбилиси известный объект, деятельность которого, мягко говоря, окутана догадками и противоречиями. Несмотря на более скромные, нежели в середине 2000-х годов (в период подготовки к военным действиям в Южной Осетии, а затем и в Абхазии) показатели военного бюджета, имеющее уже богатую историю политико-дипломатическое и военно-техническое сотрудничество двух стран не стоит на месте.

Укрепление военного сотрудничества с Грузией – важный пункт внешнеполитической повестки как демократической, так и республиканской администраций. В июле 2016 года, по итогам официального визита в Тбилиси тогдашнего главы Госдепа Джона Керри был подписан меморандум «Об углублении сотрудничества в сфере обороны и безопасности между Грузией и США». Документ открыл грузинским партнёрам путь к закупкам так называемого «оборонительного» вооружения и к совместным учениям, которые проводятся с завидной регулярностью, о чём мы неоднократно писали. В соответствии с упомянутым документом, в декабре 2016 года министр обороны Л. Изория и помощник главы пентагона М. Карпентер подписали рамочное соглашение в сфере безопасности на период до 2019 года, определяющий долгосрочные задачи двустороннего сотрудничества, планирование совместных действий и расширение оборонных возможностей. Ключевые цели документа – усиление обороноспособности Грузии; создание эффективных и устойчивых систем обороны; повышение совместимости грузинских войск с НАТО, обеспечение профессионального и эффективного военного управления. Изложенные в документе приоритеты «будут ежегодно пересматриваться и обновляться в рамках двусторонних консультаций высокого уровня», – заверили в грузинском военном ведомстве.

При администрации Дональда Трампа и радикальных «ястребов» из его военизированного окружения двустороннее сотрудничество в военной сфере получает новый импульс. Августовский визит в Тбилиси вице-президента Майка Пенса изобиловал заявлениями об «общих ценностях» и их соответствующем практическом измерении. По словам главы пентагона, принимавшего в минувшем ноябре своего грузинского коллегу Левана Изория, вносит наиболее крупный вклад в «миротворческую миссию» НАТО в Афганистане среди стран, не являющихся членами Альянса: «…Представленная в Афганистане 871 военнослужащим Грузия является образцовой страной…». «Глядя в будущее, США твердо поддерживают желание Грузии усилить и осуществить модернизацию военных возможностей, выделив на оборону 2,2% ВВП, – продолжил «Бешеный Пёс». – Ваши военные реформы хорошо определены, что будет способствовать эффективному росту военных возможностей Грузии, и мы поддерживаем этот процесс».

В 2018-2019 гг. на поддержку реформ в оборонной сфере Тбилиси рассчитывает получить от США более 100 млн. долларов. В соответствии «Программой готовности обороны Грузии» (реализуется в рамках упомянутого соглашения, соответствующий Меморандум подписан 31 августа 2017 года) система военного резерва будет реформирована, а многие воинские части – полностью переведены на американское вооружение. В текущем году, по крайней мере, девять батальонов начнут обучение под руководством инструкторов Пентагона. Предполагается также строительство в Грузии Центра объединенной многонациональной готовности (JMRC) по аналогии с немецким Хохенфельсом, где тренируются перед отправкой в Афганистан грузинские военнослужащие. В начале 2015 года тогдашний министр обороны Ираклий Аласания анонсировал создание на территории страны некоего центра по подготовке так называемых «умеренных» боевиков для Сирии. «…Выясняется, что Служба госзакупок США объявляет конкурс на строительство на территории Грузии известных баз – я имею ввиду базы НАТО. А ведь некоторые грузинские ведомства говорили, что это грузинский проект, который должен быть построен на деньги бюджета Грузии. Конечно, Москва воспринимает это, как строительство США и НАТО своих учебных баз, и соответствующим образом реагирует», – заметил как-то известный грузинский эксперт М. Арешидзе. Не остаются в стороне и европейские союзники: только Германия выделила на «оборонные» проекты в Грузии (включая учебно-тренировочный лагерь в Крцаниси) полмиллиона евро. Ранее министр обороны Грузии сообщил о передаче Парижем технического оборудования для противовоздушной обороны. Несмотря на секретный характер подписанной в 2015 году сделки, речь может идти о зенитных ракетных комплексах типа VL MICA «Мистраль» и мобильной РЛС.

Наконец, 23 января в ходе встречи с послом Яном Келли министр обороны Л. Изория заявил о прибытии в страну партии противотанковых ракетных комплексов «Javelin», которые находятся в безопасном месте, и в ближайшее время грузинские военнослужащие приступят к обучению навыкам использования данного типа вооружений. Ранее сделка была одобрена Госдепартаментом и, по всей видимости, речь идёт примерно о 75 пусковых установках и 410 ракетах к ним, а также о 10 учебных комплексах и 70 тренировочных зарядов на общую сумму примерно в 75 млн долл. О получении ПТРК Javelin, относительно перспектив использования которого в постсоветских конфликтах ведётся оживлённая экспертная дискуссия, изначально мечтали не только в Тбилиси, но также и в Киеве, где не скрывают своих приготовлений к очередному витку военных действий против республик Донбасса. В этой связи напомним, что в горячие августовские дни 2008 года российские самолёты сбивали украинские расчёты поставленных Киевом грузинских зенитно-ракетных комплексов. В случае возобновления активных военных действий на Донбассе не исключены самые разные сценарии работы «военного трансфера», однако в любом случае не совсем понятно, каким образом поставки «оборонно-наступательных» средств вооружений будут способствовать декларируемой цели укрепления безопасности этой страны. Скорее, они в очередной раз создадут иллюзию защищённости, способствуя различным провокациям в рамках ведущейся в отношении России «гибридной войны». Несмотря на известные изъяны упомянутого типа вооружений, оно может развёртываться с различных платформ и в любую погоду, действуя в диапазоне от 2500 до 4750 метров. Сложно рассчитывать на то, что в Москве будут воспринимать происходящее в качестве дружественного акта, избегая упреждающих и сдерживающих шагов, которые, с учётом уровня вооружений Южного военного округа, могут оказаться весьма эффективными.

Передача оружия в Грузию и Украину осуществляется на фоне дальнейшей экспансии США и НАТО в Восточной Европе, Прибалтике, Норвегии и в Черноморском регионе. Не говоря о рекордных военных бюджетах и «оборонных» стратегиях, отметим лишь развёртывание многонациональных батальонных групп Альянса в Прибалтике и довооружение Польши радарными и ракетными комплексами на сумму 10,5 млрд. долл. И это – лишь малая часть предпринимаемых усилий, свидетельствующих о том, что Россия рассматривается как вероятный противник и традиционная цель.

31 января, в один день со встречей в Чехии Г. Карасина и З. Абашидзе, в штаб-квартире Альянса в Брюсселе состоится заседание комиссии НАТО-Грузия на уровне послов с участием вице-премьера, министра иностранных дел Михаила Джанелидзе. Речь идёт о подготовке июльского саммита НАТО, в котором грузинские партнёры, очевидно, примут активное и заинтересованное участие – равно как и в учениях «Noble Partner-2018», присоединиться к которым в Тбилиси вновь приглашают Армению.

В крупномасштабных учениях «Agile Spirit», «Noble Partner» и других, прошедших за последние годы на территории Грузии, была задействована военная техника американской армии, включая танки M1 Abrams, БМП M2 Bradley и бронетранспортеры LAV, дальнобойные самоходные артиллерийские установки, напоминают в Министерстве обороны Республики Южная Осетия. Период военной эскалации перед нападением на Цхинвал в августе 2008 года (совпавшим по времени с началом пекинской Олимпиады) также характеризовался широкомасштабными закупками вооружений и военной техники. Как отмечают некоторые российские наблюдатели, предстоящие президентские выборы и намеченный на лето чемпионат мира по футболу в России могут сопровождаться активными боевыми действиями в Сирии (в форме диверсионно-террористических атак) и на Донбассе (попытка киевского режима реализовать «хорватский сценарий» 1995 года). В Цхинвале с тревогой констатируют участившиеся обстрелы пограничных знаков, что может привести к неконтролируемым последствиям, и вопрос о том, станет ли Кавказ в случае наступления «часа Х» «второстепенным фронтом», остаётся открытым. Не следует забывать также о «юбилейном» характере текущего года в контексте событий десятилетней давности (попытка развязывания войны против Абхазии весной и нападение на Южную Осетию в августе 2008 года). По мнению российского внешнеполитического ведомства, внешняя военная поддержка Грузии является «прямым подталкиванием Тбилиси к новым опасным авантюрам в регионе». «…Усилия США и других членов НАТО по милитаризации Грузии вызывают в регионе особую озабоченность, – заявил в декабрьском интервью РИА Новости Г. Карасин. – Жаль, что вместо налаживания отношений с соседями Тбилиси активно включился в реализацию натовской стратегии сдерживания России. Безопасность Грузии это явно не укрепляет. В том, что касается абхазских и югоосетинских союзников, то они сегодня надежно застрахованы от повторения событий августа 2008 года… борьба различных подходов к проблеме стабильности на Южном Кавказе продолжается».

Позволим себе предположить, что эта борьба лишь обострится, что обуславливает тесное оборонное сотрудничество между Москвой, Сухумом и Цхинвалом. Наращивая сотрудничество с НАТО, грузинская сторона, де-факто изолирует себя от переговорного процесса, так как наращивание военной активности в регионе не способствует установлению хотя бы минимального доверия между сторонами, исключает поиск точек соприкосновения по наиболее болезненным вопросам. Разделительные линии на Кавказе препятствуют сотрудничеству Москвы и Тбилиси по тем направлениям, где у них объективно имеются общие интересы (и даже имелись позитивные примеры выборочного взаимодействия). Речь идёт, прежде всего, о совместном реагировании на угрозы, исходящие с Ближнего Востока, связанные с проблемами беженцев, трансграничным терроризмом и криминалом и т.д.

Дальнейшее усиление военного присутствия США и НАТО на территории Грузии может создать прямые угрозы интересам безопасности РФ и её союзников, запустив процессы дестабилизации Кавказского региона.

Андрей Арешев, эксперт Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья ИВ РАН, для «Военно-политической аналитики»

Заглавное фото: military.com

Добавить комментарий