Экономическое взаимодействие Сирии и России: на пути к миру на Ближнем Востоке

На рубеже восьмого года активной вооружённой фазы сирийского противостояния международная напряжённость на Ближнем Востоке не снижается. США грозят ракетно-бомбовым ударом по Дамаску, на что вынужден резко отвечать глава российского Генштаба. Боевики «сирийской свободной армии» при поддержке турецкой армии захватили Африн и часть провинции Алеппо, что чревато долгосрочными последствиями и партизанской войной курдов. На востоке страны подняли голову боевики действующего через иракскую границу запрещённого в России террористического «Исламского государства». Не стихают активные столкновения в центре страны, от Идлиба до Восточного Каламуна. Кроме того, по мере развития успешной операции сирийской армии в Восточной Гуте возрастает угроза обострения ситуации юге страны (от сопредельных с Голанскими высотами провинций Эль-Кунейтра и Дера`а до оккупированного американцами Эт-Танфа).

Ущерб, нанесённый террористической интервенцией экономике страны, колоссален и не поддаётся точному исчислению. По оценкам Всемирного банка, только в период с 2010 по 2016 гг. валовый внутренний продукт Сирии обвалился практически на две трети, а потери от нефтяного сектора, наиболее доходной его части, составили 93%. По некоторым прикидкам, суммарные инвестиции в экономическую реанимацию Сирии оцениваются  минимум в 500 млрд долл. В стране разрушено каждое второе здание, разграблены и уничтожены целые промышленные зоны (например, в Алеппо); кроме того, вынужденным переселенцем, беженцем либо эмигрантам стал каждый второй житель страны.

Несмотря на крайне сложный характер проблемы комплексного восстановления экономики Сирии в условиях нелегитимного внешнего присутствия, она уже находится в повестке дня. Международные финансовые организации действуют строго в курсе санкционной политики западных стран, размахивающих лозунгом «Асад должен уйти». Разумеется, надежд на самозваных «друзей Сирии» нет никаких – если они и будут что-то восстанавливать, то исключительно в контексте собственных планов по разделу страны. И то не очевидно: к примеру, в разрушенной дотла Ракке, подконтрольной так называемой «международной коалиции» во главе с США, несмотря на декларируемые прожекты по «восстановлению» города, не начат даже процесс разминирования.

Ракка спустя 6 месяцев после «освобождения». Восстановление так и не началось. Фото: Directorate4

Между тем, география Сирии распространяет экономическое восстановление страны на соседние с ней государства: по крайней мере – в  части энергетических и транспортных проектов. Таковы главные выводы российско-сирийского Делового форума, состоявшегося  в конце февраля 2018 года в Торгово-промышленной палате Российской Федерации.

С учётом тесных отношений между Москвой и Дамаском, сирийские власти вводят режим максимального благоприятствования (налогового, таможенного и т.п.) для российских предприятий и компаний, участвующих в соответствующих проектах. В этой связи немаловажной представляется и ретроспектива: как напомнил глава ТПП РФ Сергей Катырин, «у России и Сирии давние деловые связи, сотни реализованных проектов, и это хорошая основа для дальнейшей работы». С этим соглашается сирийская делегация, возглавляемая Чрезвычайным и полномочным послом Сирийской Арабской Республики в Российской Федерации Риядом Хаддадом.

По словам дипломата, «российские бизнесмены – частые гости нашей страны; уже восстановлена работа Российско-сирийского делового совета. Ряд совместных проектов включают развитие сирийско-иракской и сирийско-ливанской транспортной и энергетической инфраструктуры». Напомним, что к сирийским (Тартус, Банияс) и – через Сирию – к ливанским (Триполи, Сайда) портам проложены нефтепроводы из северного и центрального Ирака, пересекающиеся с саудовско-иракским нефтепроводом к порту Сайда. Вся эта инфраструктура требует модернизации; планируется также расширение газопроводной сети Сирии, в т.ч. ее стыковка  с Ираком, Ливаном и Иорданией. Эти стратегические проекты, как отмечалось на форуме, включены в реестр  потенциальных направлений российско-сирийского сотрудничества.

Кроме того, российские компании «уже обсуждают с сирийскими партнерами проекты по созданию на территории Сирии предприятий по сборке авто- и сельхозтехники, как и по сооружению более 10 заводов по производству железобетонных изделий для восстановления разрушенных жилья», – об этом заявил вице-президент ТПП РФ Владимир Падалко. Со стороны Дамаска поступили предложения по организации сборочных производств грузовиков. Им нужны самосвалы, нужна автотехника не только для строительных, но и для других хозяйственных работ», причем предпочтительнее поставки не готовой продукции из России, а  создание в самой Сирии совместных производств в этом и других сегментах. С российской стороны в качестве партнеров по созданию автосборочных производств будут фигурировать, скорее всего, не крупные компании автопрома, а их дилеры. Если же, например, совместные автосборочные проекты будут пробуксовывать, то «эту нишу быстро займут иностранные  конкуренты». Которые, как отмечалось на форуме, уже выдвигают соответствующие предложения сирийским властям и предприятиям.

В целом же, заместитель министра экономического развития РФ Алексей Груздев убежден: «Возможности сотрудничества, по сути, безграничны – это, например, сельское хозяйство: сирийский бизнес уже увеличивает поставки продуктов земледелия и животноводства в Россию. А также энергетика, химпром, строительство, нефтегазовый сектор. Последнее связано, прежде всего, с колоссальной сырьевой базой в Сирии по нефти и газу. А также по фосфоритам. Что изначально предопределяет развитие там комплексной переработки этих видов сырья».

Что касается доработки и реализации совместных инвестиционных проектов, то здесь глава сирийско-российского делового Совета Самир Хассан уточнил автору, что «важно сперва разработать систему взаиморасчетов, выстроить схему страхования бизнеса. А также решить вопрос регулярного транспортного сообщения между странами и предусмотреть постоянные визовые льготы для предпринимателей обеих стран». Эти вопросы, как прогнозировалось в ходе  форума, планируется решить до конца второго квартала текущего года.

Как отмечалось на  форуме, в конце января – начале февраля в Москве уже были достигнуты договоренности о российском технологическом и финансовом содействии восстановлению сирийской энергетики и транспортной инфраструктуры. Немногим ранее глава Генеральной дирекции железных дорог САР Наджиб Аль Фарес провел переговоры в Минтрансе и Минпромторге РФ (соответственно, с замминистра транспорта РФ Сергеем Аристовым и с директором департамента международного сотрудничества Минпромторга Алексеем Господаревым) по вопросам российского участия в восстановлении железнодорожных объектов в Сирии. По официальному сообщению Минпромторга РФ, стороны предметно обсудили перспективы участия российских компаний в проектах развития железнодорожной инфраструктуры в Сирии, в том числе, реконструкцию действующих депо, поставку подвижного состава, обучение персонала. В переговорах участвовал заместитель гендиректора по продажам и работе с органами власти машиностроительного холдинга «Синара-Транспортные Машины» Антон Зубихин. А представители корпорации «Уралвагонзавод» из Нижнего Тагила «провели для сирийских партнеров презентацию своей продукции». Сирийская делегация «посетила также ряд предприятий, входящих в АО «Синара-Транспортные Машины», в частности по производству путевой техники и тепловозов».

Еще в октябре 2017 г. Наджиб Аль Фарес пояснил, что в ходе заседания сирийско-российской межправительственной комиссии сирийская сторона предложила ряд проектов по развитию транспортной инфраструктуры, в том числе касающихся сирийско-иракского железнодорожного коридора. Среди «наиболее приоритетных проектов – это восстановление железнодорожной линии длиной 290 км, соединяющей сирийское побережье (порт Тартус – авт.) с крупными месторождениями фосфатов в северо-восточной части страны невдалеке от границы с Ираком. В будущем этот участок, как уточнил автору сирийский посол, соединится (по линии протяжённостью в 300-370 км – авт.) с сопредельной транспортной системой Северного и Центрального Ирака».

Этот комплексный проект российско-сирийской межправкомиссией был предварительно одобрен. Окончательное же соглашение по участию России в восстановлении и развитии железнодорожной инфраструктуры Сирии намечено подписать не позже середины второго квартала 2018 года. По имеющейся информации, основной формой сотрудничества в данной сфере будут концессии, по аналогии с концессионным участием РФ в эксплуатации и развитии железнодорожной сети Армении (ЗАО «Южно-Кавказская железная дорога», с 2008 г.).

Наджиб Аль Фарес особо выделил проект и «по расширению порта Тартус (куду подведены железная дорога и нефтепровод из Северного Ирака – авт.), так как это стратегический порт для Сирии и Ирака. Работаем также над созданием проекта нового порта южнее порта Латакия, что расположен вблизи сирийско-турецкой границы, или расширения существующего в Латакии».

Что касается энергетического сектора, то Россия и Сирия 31 января 2018 года главы профильных ведомств подписали дорожную карту по сотрудничеству в этой сфере на два года с возможностью пролонгации данного документа. Документ предусматривает восстановление российской стороной разрушенных, модернизацию действующих и строительство новых энергообъектов в Сирии на основе концессионного контракта.  А 2 февраля первый замминистра энергетики РФ Алексей Текслер сообщил СМИ, что «уже обсуждаются варианты участия «Технопромэкспорта» – структуры «Ростеха» – в реконструкции четырех ТЭС в Сирии в рамках дорожной карты по восстановлению сирийских энергетических объектов».  Вышеупомянутое подтверждает то, что было заявлено вице-премьером РФ Д. Рогозиным в конце  2017 года: «Сирия планирует сотрудничать исключительно с Россией в вопросе восстановления своих энергетических производств». Добавим к этому, что до начала вооружённого конфликта основными внешними партнерами / инвесторами Сирии в энергетической сфере являлись британо-нидерландская Royal Dutch Shell, индийская Oil and Natural Gas Corporation и китайская China National Petroleum Company  (Китай). По мере прекращения боевых действий и возвращения под контроль легитимных властей страны нефтегазовых полей и месторождений преимущественное положение здесь получат союзники Дамаска, либо дружественно-нейтральные страны.

Как упомянутые выше, так и планируемые на ближайшее время договоренности и проекты, от реализации которых зависит реанимация сирийской экономики, стали первыми за всё время кровавой бойни, спровоцированной, начиная с 2011 года, Западом и его марионетками в этой стране.

По понятным причинам, сирийская сторона акцентирует внимание также и на регулярном транспортном сообщении между двумя странами. Пока единственно реальный путь – это морской транзит через Босфор и Дарданеллы. Сухопутное же транспортное сообщение между РФ и Сирией рискует оказаться парализованным ввиду транспортно-экономической блокады Сирии со стороны Турции, оккупировавшей часть северо-западных территорий страны. Устойчивое коммуникационное сообщение между Россией и Сирией во многом зависит от сближения позиций Москвы и Анкары в рамках как российско-ирано-турецкой «тройки», так и двустороннего диалога. Железнодорожное сообщение в регионе по-прежнему перекрыто, однако нелишнем будет напомнить, что  между СССР и Сирией (хотя и в небольших объемах) осуществлялись железнодорожные грузоперевозки в 1960-х – середине 1980-х через территории Грузинской, Армянской ССР и Турции.

В свою очередь, сирийская транспортная система, наряду с ее очевидной ролью для экономики страны – это важнейший транзитный коридор для многих стран Ближнего и Среднего Востока (Ирак, Иордания, Кувейт, Бахрейн, ОАЭ, Катар). Железнодорожные и нефтепроводные пути не только соединяют эти страны с сирийскими и ливанскими портами, но и обеспечивают выход упомянутых стран в Турцию и далее в Европу, что весьма важно и для экономических связей России с данными странами Арабского Востока.

Особое значение имеет восстановление историко-культурного наследия древней страны, имеющего общемировое значение. Генеральный директор Эрмитажа, президент Союза музеев России Михаил Пиотровский заявил о согласовании с ЮНЕСКО планов по послевоенному восстановлению древнего оазиса Пальмира, длительное время находившегося под оккупацией боевиков международных террористических группировок. Разрушениям и разграблениям подверглись многочисленные религиозные памятники (как христианские, так и мусульманские), так называемые «мертвые города» – сотни заброшенных византийских храмов и поселений в провинциях Алеппо и Идлиб и многие другие объекты. Заявка Москвы на лидирующую роль в международной программе по восстановлению разрушенных сирийских памятников будет способствовать дальнейшему укреплению позиций нашей страны на Ближнем Востоке и приближению мира в стране. Гуманитарный аспект российской работы по восстановлению Сирии постепенно будет выходить на первый план и сыграет позитивную роль в присутствии России на Ближнем Востоке, полагает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Михаил Рощин.

* * *

Россия возглавляет послевоенное экономическое восстановление и развитие Сирийской Арабской Республики, заявил в ходе встречи с российскими бизнесменами в Дамаске премьер-министр Сирии Имад Хамис. Стороны выразили желание развивать сотрудничество не только в сфере нефтедобычи, но и в строительном секторе, сельском хозяйстве, легкой промышленности. «Сирийская продукция от известного во всем мире текстиля до фруктов и овощей очень конкурентоспособна и обладает хорошим качеством при соответствующих ценах. Причем географическое расположение страны делает ее важным международным рынком и открывает широкие возможности для экспорта. К тому же аппетит инвесторов взывает объективный запрос на восстановление инфраструктуры и налаживание портовых отношений. Еще одно перспективное направление в рамках совместных инвестиций мы видим в сфере связи и IT», — сказал в своем выступлении сопредседатель «Деловой России» и оргкомитета IV Ялтинского международного экономического форума Андрей Назаров. Стороны намерены развивать сотрудничество не только в сфере нефтедобычи, но и в строительном секторе, сельском хозяйстве, легкой промышленности. В целом, значимость российско-сирийского сотрудничества по восстановлению и развитию сирийской транспортной инфраструктуры, энергетики и, в целом, экономики далеко выходит за рамки взаимоотношений РФ и Сирии.

Алексей Чичкин, для «Военно-политической аналитики»

Добавить комментарий