Турция стала крупным экспортером оружия в страны Персидского залива, констатируют эксперты Manohar Parrikar Institute for Defence Studies and Analyses (MP-IDSA). Экспорт оборонной продукции в страны Персидского залива (ОАЭ, Саудовскую Аравию и Катар) значительно вырос и в период с 2000 по 2025 год составил почти половину от общего объема турецкого экспорта вооружения. Этому способствовало использование широко распиаренных, в том числе в ходе нескольких вооружённых конфликтов, систем, таких как беспилотники Bayraktar, бронетехника и ракеты.
Сотрудничество за рамками традиционных продаж оружия и предполагает передачу технологий, совместное производство, обучение и совместную разработку (например, интеграция боеприпасов AKINCI и TB2 с беспилотниками EDGE Group и Baykar), что способствует укреплению связей в оборонно-промышленном комплексе.
Тенденции
Нормализация отношений в рамках ССГАПЗ после подписания в январе 2021 г. Декларации Аль-Ула, диверсификация партнёров по безопасности в странах Персидского залива, а также более близкая доставка и меньшее количество ограничений на конечное использование со стороны Турции способствовали расширению сотрудничества.
Турция стала одним из наиболее быстрорастущих экспортёров оборонной продукции и превратила свою оборонную промышленность в ключевой инструмент внешней политики и регионального влияния. Это стало возможным благодаря Управлению оборонной промышленности (SSB), координирующего экспортную стратегию, а также таким компаниям, как Baykar, Roketsan, Otokar и Nurol, на долю которых приходится основная часть турецких поставок в страны Персидского залива.
По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), в 2021-2025 годах на долю Турции приходилось 1,8 % мирового экспорта основных видов вооружений по сравнению с 0,9 % в 2016-2020 годах, что делает её 11-м по величине экспортером вооружений в мире. Примечательно, что объём турецкого экспорта оружия увеличился на 122 % в период с 2016-2020 по 2021-2025 годы, что отражает стремительное развитие собственной оборонной промышленности страны и растущий международный спрос на проверенные в боевых условиях военные системы.
В последнюю четверть века страны Персидского залива остаются крупным рынком для импорта обычных вооружений. Самый высокий совокупный объем импорта приходится на Саудовскую Аравию, за ней следуют ОАЭ и Катар. Несмотря на то, что объемы импорта со временем менялись, страны Персидского залива в значительной степени полагались на внешних поставщиков при крупных закупках оборонной продукции. Крупнейшими направлениями экспорта являются Объединенные Арабские Эмираты (20,52 %) и Саудовская Аравия (12,12 %). Вместе с экспортом в Катар, Бахрейн и Ирак почти половина всего турецкого экспорта вооружений направляется в Западную Азию, включая регион Персидского залива.
Сотрудничество Турции в оборонной сфере со странами Персидского залива распространилось на все шесть государств Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), хотя масштабы и глубина сотрудничества значительно различаются. В то время как ОАЭ, Саудовская Аравия и Катар стали основными направлениями турецкого оборонного экспорта, Бахрейн, Оман и Кувейт также укрепили оборонные связи за счет выборочных закупок. В совокупности эти партнерства свидетельствуют о расширении географического охвата и растущей стратегической значимости оборонно-промышленного сотрудничества Турции со странами Персидского залива.
Объединенные Арабские Эмираты.
Турецкий оборонный экспорт в ОАЭ начался с поставки 136 бронетранспортеров (БТР) AIFV в 2000 году, за которыми последовали 14 БТР Cobra в 2005 году. Впоследствии сотрудничество в сфере обороны расширилось и стало включать артиллерийские системы, в том числе 48 реактивных систем залпового огня T-122, поставленных в 2008 году, 3 реактивные системы залпового огня T-300, поставленные в 2010 году, и 8 реактивных систем залпового огня Canavar, поставленные в 2012 году, а также 2000 ракет класса «воздух-поверхность» CIRIT, поставленных в 2015 году. Партнерство вступило в новую фазу после поставки 193 минноустойчивых бронированных машин Kirpi в 2022 году и 400 боевых машин пехоты Rabdan (совместная разработка ОАЭ и Турции) в 2023 году. Совсем недавно, в 2023 году, по контракту 2022 года были поставлены 20 ударных беспилотников Bayraktar TB2.
Кроме того, еще 60 беспилотников Bayraktar TB2, заказанных в 2022 году, еще не поставлены. Оборонно-промышленное сотрудничество Турции и ОАЭ продолжает углубляться благодаря расширению сотрудничества между турецкой компанией Baykar и эмиратской EDGE Group. 8 мая 2026 года две компании подписали соглашения об интеграции семейства высокоточных боеприпасов EDGE AL TARIQ с беспилотным боевым летательным аппаратом Bayraktar AKINCI (UCAV). Они создали коммерческую основу для совместного сбыта оборонной продукции друг друга на международных рынках.
Катар
Экспорт оборонной продукции Турции в Катар неуклонно растёт и включает в себя бронетехнику, военно-морские платформы, беспилотные системы и ракеты. Изначально партнерство было сосредоточено на бронетехнике: в 2019 году Катар получил 100 бронетранспортеров NMS и 6 ударных беспилотников Bayraktar TB2. В том же году были поставлены 50 бронетранспортеров Kirpi. Впоследствии сотрудничество расширилось и включило в себя военно-морские платформы: в 2021 году были поставлены 4 патрульных катера MRTP-24, а в 2022 году — 2 учебных корабля Al Doha, 2 десантных катера Ishat и один десантный корабль Fuwairit. Кроме того, в 2021 году было поставлено 32 бронированных тактических автомобиля Ejder Yalçın, а в 2022 году были завершены поставки 310 БТР Ejder Yalçın (заказанных в 2016 году) и ещё 50 машин (заказанных в 2020 году). Кроме того, в 2023 году Катар разместил заказы на переносной зенитно-ракетный комплекс Sungur, 2 ракетных катера Fast Attack Craft (FAC-50) и 15 многоцелевых ракет Çakır, поставки которых еще не начались, что свидетельствует о продолжающейся диверсификации двустороннего оборонного сотрудничества.
Саудовская Аравия
Изначально турецкий оборонный экспорт в Саудовскую Аравию ограничивался в основном бронетехникой, начиная с поставки 98 бронетранспортеров Cobra в 2004 году. За этим последовали 64 БТР M-113A300 в 2006 году; 10 БТР ACV-S и дополнительные 64 БТР M-113A300 в 2007 году; 300 БТР M-113A300 в 2010 году; 312 БТР M-113A300 в 2013 году; 320 БТР M-113A300 в 2015 году; и еще 350 БТР M-113A300 в 2017 году.
Сотрудничество в области обороны позже распространилось на беспилотные летательные системы: в 2020 году были поставлены 3 ударных беспилотника Karayel. А в 2024 году Турция поставила 146 бронетранспортёров Cobra-2 в рамках контракта 2023 года. Важная веха была достигнута в июле 2023 года, когда Саудовская Аравия подписала с компанией Baykar контракты на приобретение БПЛА Bayraktar Akıncı. Baykar назвала это соглашение крупнейшим в истории Турции в сфере оборонного и авиационного экспорта.
Бахрейн
В основном в небольшой эмират шла опять-таки турецкая бронетехника, начиная с поставки 21 бронетранспортёра Cobra в 2005 году и 15 дополнительных машин Cobra в 2008 году. Оборонное сотрудничество постепенно расширилось за счёт поставки 13 бронетранспортёров Arma 6×6 в 2011 году и ещё 60 машин в 2012 году.
В 2020 году, Турция поставила в Бахрейн 397 бронетранспортёров ZPT и 216 ракет класса «воздух-поверхность» CIRIT, а в 2022 году – 35 бронетранспортёров Cobra-2. Эти закупки свидетельствуют о постепенном расширении турецкого оборонного экспорта в Бахрейн: от обычных наземных систем к высокоточным ракетам.
Оман
Партнёрство с султанатом началось с контракта 2015 года на поставку 27 бронетранспортеров Pars, доставленных в 2019 году. Затем в рамках той же программы закупок в 2020 году были проданы 145 Pars. С тех пор крупных дополнительных поставок турецкой военной продукции в Оман не зафиксировано.
Кувейт
В 2023 году Кувейт заказал 18 ударных беспилотников Bayraktar TB2, что стало первой крупной закупкой Кувейтом турецкого оборонного оборудования и ознаменовало расширение двустороннего оборонного сотрудничества в области передовых беспилотных летательных аппаратов.
Стратегическая конвергенция
Турция намерена получить подержанные истребители Eurofighter Typhoon из стран Персидского залива, что станет первым случаем закупки боевых самолетов у государств Персидского залива. В 2025 году Турция заказала 24 подержанных истребителя-бомбардировщика Eurofighter Typhoon Tranche-3, по 12 единиц у Катара и Омана, в качестве временной меры для укрепления своих военно-воздушных сил до тех пор, пока на вооружение не поступит турецкий истребитель пятого поколения KAAN. Поставки еще не начались.
Растущее взаимодействие с Катаром и Саудовской Аравией открывает возможности для более тесной координации политики, а улучшение отношений с ОАЭ, несмотря на сохраняющиеся разногласия по некоторым региональным вопросам, даёт возможность для расширения сотрудничества в сфере экономики и безопасности.
Усиление нестабильности в регионе, неопределённость в отношении традиционных партнёров по вопросам безопасности и стремление государств Персидского залива к более автономной внешней политике подтолкнут такие страны, как Оман и Кувейт, к укреплению сотрудничества с Турцией, особенно в таких стратегических отраслях, как оборона и военная промышленность.
* * *
Растущий оборонный экспорт Турции в страны Персидского залива свидетельствует о долгосрочном сближении между Анкарой и странами ССАГПЗ. В то время как ОАЭ, Саудовская Аравия и Катар стали основными партнёрами Турции в сфере ВТС, постепенное расширение экспорта в Бахрейн, Оман и Кувейт свидетельствует о расширении стратегического влияния Анкары в Персидском заливе. Не ограничиваясь продажами обычных вооружений, турки с стремятся к более интегрированному взаимодействию с партнёрами из числа государств-участников ССАПЗ. В то же время, позитивные перспективы будут зависеть от способности Анкары поддерживать политическую стабильность в отношениях с партнерами в Персидском заливе и далеко за его пределами.
Преимущество Турции заключается в более коротких сроках поставки и меньшем количестве ограничений на конечное использование по сравнению с западными поставщиками. Однако это преимущество может сойти на нет, если страны Персидского залива продолжат курс на военно-техническую диверсификацию, а также в случае растущей зависимости турецкого ВПК от западных партнёров.
Александр Григорьев