Белорусские протесты: методичка Шарпа, помноженная на Telegram

На днях в пресс-центре Общественной службы новостей обсуждались основные инструменты белорусских протестов. Прежде всего, речь шла о цифровых способах управления цветными революциями.

Незадолго до белорусских выборов эксперты и аналитики «Агентства социального инжиниринга» (SEA) довольно точно предсказали, какие сценарии и наработки «цветных революций» будут задействованы в Минске (а доклад на эту тему был подготовлен ими еще два года назад). И вот уже в первую декаду протестных выступлений в Белоруссии не только подтвердились многие политические прогнозы, но и произошло немало неожиданностей, сработали новые «приложения» к методичке Шарпа.

Многим представлялось, что методика Джина Шарпа стара, как мир, и превратилась в пропагандистскую страшилку. Но она работает. Она чем-то напоминает давнюю гопническую стратегию. Мальчик просит: «Дядя, дай сигарету». Дядя дает. «Всю пачку давай». «А не шел бы ты, мальчик, мимо?» И тогда к дяде подходят серьезные мужики с вопросом: «Ты зачем мальчика обидел?» Примерно по той же схеме развиваются отношения протестующих с властями во всех сценариях «цветных революций», где мягкая стадия обязательно сменяется ужесточением претензий и требований, радикализацией выступлений.

Координатор «Агентства социального инжиниринга» Антон Давидченко (в 2014 году был одним из лидеров одесского антимайдана) считает опасным заблуждением расхожее мнение, что методичка Шарпа устарела: «Алгоритм настолько идеален, что его можно использовать годами… Они его развивают. У них целые институты, мозговые центры на это работают».

Эксперт убежден, что белорусские протесты уже имеют все признаки «цветной революции», перешедшей в затяжную стадию. Причем в данном случае мы имеем дело с революцией нового формата, орудующей таким универсальным инструментом, как Telegram. «Telegram концентрирует в себе сразу ряд функциональных механизмов, – подчеркивает А. Давидченко. – В первую очередь он ретранслирует смыслы. Он может направлять толпу в нужное место. Он формирует нарративы. Формирует мнение толпы, накачивает ее моментально».

Координатор «Агентства социального инжиниринга» напомнил, что оппозиционные белорусские телеграм-каналы создавались задолго до протестов. Они функционировали на протяжении нескольких лет. «И к сожалению, не оказалось наших, российских или белорусских  телеграм-каналов, способных выстроить симметричный ответ, – говорит А. Давидченко. – Человеческий мозг так устроен, что он хочет получать информацию. Если человек видит балет по телевизору, то он будет искать информацию. Такого роста, как у Nexta, не было ни в одном телеграм-канале за всю историю. Власть даже не моделировала эту ситуацию… За последние два года мы все наши исследования передавали в администрацию президента РБ, в Совбез РБ. Нам говорили: “Да вы ничего не понимаете. У нас все схвачено. Никакого майдана никогда не будет”… Во-первых, никогда не говори “никогда”. Во-вторых, надо учитывать опыт других стран». Эксперт приводит пример Армении, в которой тоже не предполагался «майдан»…

Ситуация довольно парадоксальная. Россияне являются родоначальниками Telegram. Когда этот инструмент начала использовать российская оппозиция, государственникам удалось создать альтернативу, возникли симметричные реакции. Но почему нельзя было столь же эффективно использовать Telegram для отстаивания российских интересов в РБ, на Украине, в Молдове? Опыт противоположного лагеря с каналом Nexta показывает, какие возможности были недооценены или упущены. «Почему мы не можем? – недоумевает А. Давидченко. – Здесь же площадка честная. Нам часто жалуются: “В Facebook, в YouTube нас банят, и мы ничего не можем делать”. Пожалуйста, в Telegram никого не банят, дают работать. Почему наши специалисты не могут это делать?»

Военный эксперт Дмитрий Таран (документалист, автор серии репортажей о военном конфликте в Донбассе) высказал мнение, что не следует чересчур фокусировать внимание на Telegram как инструменте и отвлекать внимание от главного. «Конечно же, технические средства управления толпой на улице совершенствуются, – говорит эксперт. – Но мы с вами забываем о принципиально важной вещи. За Telegram как таковым, за этой Нехтой стоит колоссально вышколенный штаб, который сосредоточен в Варшаве и Вильнюсе. Там колоссальная кадровая база. Там подготовлены спикеры, подготовлены журналисты и копирайтеры, создающие этот контент, который вырос на 1000 процентов».

Д. Таран акцентировал внимание на том, что с 14 августа поменялся личный состав штаба Лукашенко. Новые люди смогли очень грамотно и быстро разрулить ситуацию, откатить ее назад. «Управляет не Telegram, – объясняет военный эксперт. – Управляют стратегические подходы в формировании кадровой базы. А это система образования, это система подготовки… Я хочу напомнить 26 марта 2017 года, когда Навальный при помощи Telegram и других социальных мессенджеров вывел школьников в Москве. В этот же день точно так же вывели школьников в Минске. И дети 15-16-летние стояли в балаклавах, их забирали, паковали и увозили в отделения милиции. Но таким образом воспитывается кадровая база той волны. Вот прошло три года, этим детям теперь 18-19, и это уже подготовленные боевики. Это система подготовки протестных кадров».

Telegram – только лишь инструмент донесения, логистика и транспорт информации. По мнению Д. Тарана, куда более важная проблема – стратегические планировщики, подготовка «говорящих голов», работа с подрастающим поколением.

После упомянутого выше обновления штаба А. Лукашенко действительно произошли качественные изменения в стратегии и риторике белорусской власти. Но необходимо и российскому экспертному сообществу понимать: не обо всех претензиях и проблемах, которые были до выборов, стоит сегодня напоминать с прежним азартом. Некоторые точные прогнозы и предсказания, прозвучавшие до белорусских протестов, оказались важными и актуальными. Но сегодня российскому эксперту негоже злорадствовать по поводу собственной проницательности. Важнее вычленить главную проблематику белорусской ситуации по состоянию на вторую половину августа.

Кстати, очень правильный и профессиональный подход продемонстрировал автор проекта WarGonzo военкор Семен Пегов, приглашенный на эту онлайн-дискуссию. Казалось бы, он-то имеет право обстоятельно поделиться обидами на белорусскую власть и силовиков. Но С. Пегов проявил завидные деликатность, взвешенность и объективность; вообще не говорил о личных проблемах, с которыми столкнулся во время командировки в Минске.

Военкор провел аналогии между украинским майданом и белорусскими протестами, в частности между первыми жертвами в Киеве в январе 2014 г. и первым убитым в Минске в августе 2020 г.: «Непонятно, откуда были выстрелы. Ни на одном из видео, опубликованных Associated Press, Nexta, нет доказательств, что стреляли те силовики, которые находились напротив него. Я просмотрел видео АР раз пятьсот. Те омоновцы, которые закидывают ружья, стоят в 5-10 метрах от него, выстрелов не производят. Даже та вспышка, которая сбоку, – это, очевидно, не выстрел, а светошумовая граната или что-то еще.

Откуда прилетела пуля? Мы общались с лучшим специалистом в мире по снайпингу Владиславом Лобаевым. Он делает самые дальнобойные винтовки в мире, автор нескольких мировых рекордов по снайпингу, не понаслышке знает, что такое баллистика. По его предварительным оценкам, стреляли, скорее всего, с дальнего расстояния… За спинами силовиков, в радиусе километра, в любом из зданий мог находиться снайпер, который действовал отнюдь не в интересах силовиков. Потому что реальной опасности этот погибший парень не представлял. Те люди, которые его видели напротив себя, сами были не меньше удивлены, почему он упал. И это совпадает с киевскими событиями на Грушевского. Я думаю, это преддверие более тяжелых событий».

С. Пегов делится и такими минскими впечатлениями: протестующим можно было легко оплатить штрафы (а это эквивалент 500 долларов) через НКО. Это поставлено на поток.

Много говорится о сходствах белорусских событий со сценариями цветных революций. Но сегодня не менее важно артикулировать различия, чтоб не дезориентироваться при противодействии этим технологиям и не усложнять себе дорожную карту ложными обобщениями.

Заместитель заведующего кафедрой международных организаций и проблем глобального управления МГУ им. М.В. Ломоносова Александр Наумов отмечает: существенную разницу мы обнаружим, если проанализируем позицию Запада. «В отличие от того, что происходило раньше, по крайней мере на постсоветском пространстве, здесь Запад как минимум не монолитен, – говорит эксперт. – Мы не видим толком позиции США. Вообще сложно увидеть какие-то уши США здесь. Хотя наверняка они есть. Мы видим абсолютно четко противостояние между Польшей и Литвой, с одной стороны, и ведущими государствами Евросоюза, в первую очередь Германией, – с другой. И это, между прочим, неплохой шанс для Лукашенко, чтобы удержаться».

Эксперт обратил особое внимание на важность реакции в России на происходящее в Белоруссии. «И самое главное, – подчеркнул А. Наумов, – это, конечно, позиция России. Если Лукашенко удержится, мы очень многое узнаем, как всё это организовывалось… Мы вместе состоим в ОДКБ, в Евразийском союзе, в Союзном государстве. И, как мне кажется, от того, как Россия сейчас себя поведет (по всем линиям – по информационным, по неправительственным организациям, по специальным службам) в рамках международного права и в рамках нашего Союзного государства, будет очень многое зависеть. И в этом и состоит главное отличие нынешних событий от тех цветных революций, которые были до сих пор».

Виталий Авдеев, по материалам: Ритм Евразии

Добавить комментарий