Газа – бессрочный детонатор арабо-израильской конфронтации

Военный парад в Газе, фото: AP

Как и почему менялась территория региона после 1947 года

27 мая, после достижения относительного перемирия вокруг Сектора Газа, боевики правящей на территории этого эксклава радикальной группировки ХАМАС провели импровизированный «парад победы» в Хан-Юнисе, призванный поднять боевой дух местных жителей – сторонников ХАМАС. Помимо ракет различных типов, военные лидеры группировки продемонстрировали собравшимся ударные беспилотники и противотанковые комплексы, уже прошедшие испытания в реальных боевых действиях против израильской армии.

По итогам операции «Страж стен», по данным палестинского издания «Аль-Кудс», было убито 8 командиров и 53 боевика, разрушено более сотни километров подземных коммуникаций, известных как «метро ХАМАС», лидеры которой, тем не менее, не перестают заявлять о своей «победе». Имеются ли у них основания для подобного рода утверждений?

Уже которое десятилетие Газа является эпицентром кровавых конфликтов с Израилем. Пожалуй, в первую очередь это проистекает оттого, что от этой части поныне и не созданного в полноценном формате арабо-палестинского государства с 1948 г. Израилем отторгнуто более 60% территории. Во многом отсюда и проистекает ответ на вопрос, почему в 2007 г. именно ХАМАС захватило власть в Газе и продолжает пользоваться весомой поддержкой среди почти 2-миллионного населения небольшого эксклава. И отчего именно ситуация на границе Газы с Израилем еще долго будет оставаться напряжённой, периодически перемежаясь прямыми военными столкновениями.

Напомним, согласно решению ООН от 29 ноября 1947 г., сектор Газа, как составная часть арабского государства в Палестине, включал свыше 150 км границы с Египтом, а также расположенные севернее средиземноморские города-порты Ашкелон и Ашдод. Однако в 1948-49 гг., путём аннексии, израильтяне отодвинули границу южнее, поближе к городу Газа: Ашкелон и Ашдод перешли под контроль Тель-Авива. Тогда же начались первые депортации арабов из этого района Газы, захваты их земель еврейскими поселенцами.

Аналогичные события имели место и в 1948-50 гг. в приграничном с Ливаном Галилейском (т.е. в северном) регионе арабской части Палестины. Если точнее, с тех пор этот регион – де-факто территория Израиля, без какой-либо автономии. Но об этом регионе «арабской» части Палестины участники многочисленных переговоров по урегулированию ближневосточного конфликта практически не вспоминают. Между тем, именно аннексия Галилеи позволила создать плацдарм для военных вторжений Израиля в Ливан, продолжающихся и поныне, но в 2006 г. встретивших ожесточённое сопротивление со стороны военно-политической организации ливанских шиитов «Хизбалла».

У аннексии северной части Газы имеются и сугубо экономические причины, и весьма важные. Во-первых, именно в Ашдоде к середине 1970-х гг. был построен израильский нефтеперерабатывающий завод (НПЗ), который в стране остаётся вторым по мощности, после аналогичного объекта в Хайфе на севере страны. До этого, к концу 1960-х гг. Ашдод соединили с портом Эйлат на Красном море трансизраильским нефтепроводом (протяжённостью в 350 км) для переработки сырья на местном НПЗ. Другой задачей был транзит через порт Ашдода иранской и аравийской нефти в Европу в обход Суэцкого канала. Соответствующие проекты, как мы упоминали в предыдущих публикациях, разрабатывались в Израиле на рубеже 1950-х – 1960-х годов.

Во-вторых, в октябре 2020 г. в Абу-Даби, было подписано соглашение между ОАЭ и Израилем о транзите по линии Эйлат – Ашдод «эмиратской» нефти, с перспективой подключения туда же и нефти Бахрейна. Осенью 2020 г. усилиями администрации Трампа удалось официально нормализовать политические и экономические связи Израиля с рядом арабских государств.

В-третьих, именно через Ашдод / Ашкелон, т.е. через бывший район сектора Газа Израиль планирует проложить канал (протяжённостью примерно в 250 км) для переброски средиземноморской воды на восточно-израильские сельскохозяйственные угодья и в высыхающее Мёртвое море. Палестинские же власти, как и власти Газы, издавна предлагают, чтобы эта артерия начиналась южнее, с целью орошения ещё и засушливых земель сектора.

Кроме того, в ходе арабо-израильской войны 1967 года Израиль сначала отсёк от сектора Газа ещё и его южные районы (юго-восточнее городов Рафах и Хан-Юнис), а затем и вовсе оккупировал эксклав. И, несмотря на вывод в 2005 г. из Газы Армии обороны Израиля, сектор остаётся в тех же границах, до которых его поэтапно «обкорнали», начиная с 1948 года. Дело здесь ещё и в том, что именно южные районы Газы были географически наиболее приближены к Димоне – ядерному центру Израиля, решение о создании которого было принято в 1955 году.  С использованием местных запасов ураносодержащих руд, с начала 1960-х годов, как отмечают арабские и зарубежные источники, здесь проводится разработка ядерного оружия и средств его доставки. И поныне Западный Иерусалим не собирается подписывать международный Договор о нераспространении ядерного оружия (1968 г.). Стремление «обезопасить» Димону путём отторжения южных районов Газы с военной точки зрения вполне логично, однако с другой стороны оно даёт неизменные козыри наиболее радикальным противникам Израиля, способствуя укоренению» конфликта.

Наконец, на рубеже 1960-х – 1970-х гг., в период блокировки Израилем Суэцкого канала, разрабатывался проект трубопровода Суэц – Газа (протяжённостью около 300 км), со строительством в эксклаве нефтяного терминала. Израильские же власти отвергли этот проект не только по очевидным политическим причинам, но и потому, что данная артерия стала бы конкурентом упомянутому трансизраильскому нефтепроводу Эйлат – Ашдод. И поныне израильские власти отвергают проекты создания крупного морского порта в любом районе сектора, что предполагалось, в частности, пресловутой «сделкой века» администрации Дональда Трампа и его советника и зятя Джареда Кушнера.

 С учетом всех вышеупомянутых факторов, неудивительно, что современная территория сектора Газа, сжимаясь, как «шагреневая кожа», не достигает и 40% от предполагавшейся решениями ООН в 1947 году для этого района государства палестинских арабов. Соответственно, самый высокий градус арабо-израильской конфронтации приходится именно на этот многострадальный регион, где «хамасовцы», увы, проведут  ещё не один парад на фоне человеческих жертв и развалин. Следующая битва между Израилем и палестинской группировкой изменит облик Ближнего Востока, заявляет лидер ХАМАС Яхья Синвар, утверждая, что Израилю не удалось в ходе 11-дневных боев уничтожить «возможности палестинского сопротивления». Опровергают в Газе и сведения об уничтожении системы подземных коммуникаций, борьбе с которыми израильская армия и спецслужбы традиционно отводят исключительно важную роль. Уход Биньямина Нетаньяху и формирование в последний момент в Израиле коалиции Лапида – Беннета – Аббаса, скорее всего, не прекратит затяжной внутриполитический кризис в стране. Парадоксальным образом, до некоторой степени схожа и ситуация в стане палестинских арабов, где предводители набирающее силу движение «ХАМАС» противостоят организации «ФАТХ» престарелого Махмуда Аббаса. Понимая предельно взрывоопасный характер ситуации, свои посреднические услуги предлагают Каир, Москва и другие игроки, заявляя о необходимости формирования в Палестине Правительства национального единства. Однако пока, к сожалению, для того, чтобы очередной пожар полыхнул новой силой, достаточно любой малейшей искры.

Алексей Балиев

Добавить комментарий