В Ак-Сарае стремятся не допустить укрепления израильско – греко – кипрских связей
11 февраля в Анкаре прошли переговоры президента Турции Реджепа Эрдогана и премьер-министра Греции Кириакоса Мицотакиса. Лидеры приняли участие в 6-м заседании Совета высокого уровня по сотрудничеству и церемонии подписания двусторонних соглашений.
По итогам встречи Эрдоган заявил о намерении увеличить объём двусторонней торговли с 7 до 10 млрд. долл. Но что ещё примечательнее для региона, собеседники затронули вопросы Эгейского моря и Восточного Средиземноморья, отметив готовность решать их в рамках международного права. Но обо всём по порядку.
Нынешний визит стал первой поездкой Мицотакиса в Анкару с 2024 года. В турецкой столице греческий премьер провел двухчасовые переговоры с Эрдоганом, после чего состоялась совместная пресс-конференция.
Примечательно, что греческого лидера сопровождала большая делегация, однако глава Минобороны Греции Никос Дендиас, которого в Анкаре многие считают сторонником жёсткой линии в отношении восточного соседа, не присутствовал, сославшись на ранее взятые на себя обязательства в Брюсселе, пишет издание Al Monitor. В то же время индийские СМИ публикуют информацию, согласно которой Дендиас посещал Нью-Дели, где от имени греческого кабмина выражал особый интерес к ракетному вооружению. В частности, речь может идти об известной сверхзвуковой противокорабельной ракете российско-индийского производства BrahMos.
Но тем не менее, вернемся к Мицотакису и его переговорам с Эрдоганом. Лидеры двух стран обсудили меры по укреплению доверия в Эгейском море, разногласия в акватории, пути расширения двусторонней торговли и сотрудничества в области миграции, а также отметились на подписании шести меморандумов о взаимопонимании, направленных на расширение сотрудничества в различных областях, включая культуру, технологии и торговлю.
Одно из ведущих изданий Турции Hürriyet обратило внимание на то, как греческие СМИ подробно описали визит Мицотакиса в Анкару и его встречу с президентом Реджепом Эрдоганом. Это была в подлинном смысле слова новость номер один в процессе «возобновления диалога», будучи сигналом к снижению напряжённости между историческими соперниками.
Отдельного внимания удостоились нюансы неформального диалога. Так, греческая газета Proto Thema пишет о «дружеской атмосфере» и отмечает, что после переговоров Эрдоган показал Мицотакису фотоальбом с предыдущих встреч. Также упоминается эпизод с чётками: Мицотакис продемонстрировал янтарные, а Константинопольский патриарх Варфоломей – с золотыми бусинами. Турецкий президент, как отмечается, проявил к этому разговору особый интерес.
По информации греческих СМИ, во время ужина политики общались в более непринужденной обстановке, обсуждая семьи, поездки и кухню. Сообщается, что для приёма был приглашён оркестр, исполнивший известные турецкие и греческие произведения.
Издание Kathimerini цитирует Мицотакиса: «Пришло время устранить любые угрозы нашим отношениям». Эрдоган, в свою очередь, заявил: «При наличии доброй воли не существует нерешаемых проблем». Осталось разобраться, в какую сторону эта «добрая воля» направлена.
Греческие СМИ также подчёркивают, что стороны подтвердили цель увеличить двусторонний товарооборот до 10 млрд евро и продолжить сотрудничество в сфере транспорта и энергетики. Среди сложных тем упоминаются морские зоны в Эгейском море, кипрский вопрос и миграция.
Визит, давно запланированный в рамках политического диалога на высоком уровне между Анкарой и Афинами, состоялся на фоне вновь обострившейся проблемы миграции, всего через несколько дней после того, как 15 человек погибли, направляясь к греческому острову Хиос, когда их лодка столкнулась с греческим судном береговой охраны и затонула в Эгейском море у берегов Турции.
Несмотря на то, что две соседние страны являются союзниками по НАТО, между ними часто возникают споры на почве различных подходов в урегулировании акваториальных претензий в Эгейском море и воздушном пространстве над ним.
Визит также состоялся после неоднократных заявлений греческих официальных лиц о том, что страна может расширить свои территориальные воды в Эгейском море с шести до двенадцати морских миль, что Анкара в 1995 году объявила casus belli. Мицотакис в свою очередь настаивал на устранении угрозы: «Сейчас настало время устранить все угрозы, формальные и существенные, в наших отношениях. Если не сейчас, то когда?» – вопрошал греческий премьер.
Особенно примечателен тот факт, что в ходе встречи и переговоров с Эрдоганом гость из Афин впервые выразил уважение роли и вкладу основателя Турецкой Республике и первому президенту Мустафе Кемалю Ататюрку. «Мы должны чтить наследие Элефтериоса Венизелоса и Кемаля Ататюрка», – подчеркнул Мицотакис через переводчика, имея в виду своего знаменитого предшественника, 8 раз занимавшего должность премьер-министра в период с 1910 по 1933 год. Бывшие соперники по греко-турецкой войне 1919-1922 годов, Венизелос и Ататюрк впоследствии стали архитекторами исторического примирения между Анкарой и Афинами в начале 1930-х годов.
Этот шаг имеет значение, поскольку заявление однозначно трактуется и понимается в Греции как важный символический жест, отражающий готовность и приверженность Афин начать процесс сближения с Анкарой. Как основатель современной светской Турецкой Республики, Ататюрк глубоко почитается турками, но остаётся куда более противоречивой фигурой для многих греков, которые помнят его как полководца, разгромившего греческие войска в ходе битвы на реке Сакарья в августа 1921 года и ряда других столкновений, следствием которых стало беспорядочное отступление греческого экспедиционного корпуса в Западной Анатолии. Этот конфликт известен в Турции как Война за независимость (Kurtulus savasi), а в Греции – как Катастрофа 1922 года.
Исторические реминисценции Мицотакиса отсылают к сближению 1930 года между Венизелосом и первым президентом Турции. Греческий политик, некогда ярый сторонник Megali Idea, на закате своей долгой политической карьеры и жизни выдвинул Ататюрка на Нобелевскую премию мира 1934 года, что стало ярким символом примирения.
Судя по всему, корни нынешнего сближения Анкары и Афин (или, как изволил выразиться Эрдоган, «доброй воли») следует искать в более широком региональном контексте. Прежде всего он относится к относительному затишью в Газе и напрямую касается энергетических вопросов. Как известно, Греция - часть т.н. «энергетического треугольника» наряду с Израилем и (Южным) Кипром. Долгое время Афины, Западный Иерусалим и Никосия не воспринимали интересы Анкары всерьез, не приглашали Турцию даже к обсуждению «Восточно-средиземноморского трубопровода» EastMed.
Подобное поведение осенью 2019 подтолкнуло Турцию заключить два известных меморандума с Ливией. Один из подписанных документов, разграничив морское дно, свел на нет любые попытки «тройки» провести трубопровод. Трубоукладчики предусмотрительно не рискнули связываться с турецким флотом, который однозначно не позволил бы даже приблизиться им к Криту.
Между тем после того, как война в Ливии была завершена в пользу Турции, последовал длительный двухгодичный период попыток Анкары наладить диалог с «Тройкой». Осенью 2023 года туркам всё-таки удалось убедить израильтян подписать с ними ряд соглашений, касавшихся транзита израильского газа, а также электроэнергии через территорию Турции. Однако всё сорвалось после нападения боевиков движения ХАМАС на южные районы Израиля 7 октября.
Теперь же после установления «Совета мира» и фактического объявления США о прекращении войны на Ближнем Востоке Анкаре стало ясно: надо действовать. И если установить диалог с режимом Нетаньяху затруднительно в силу необходимости для Эрдогана и его партии учитывать исламскую солидарность, наладить связи с Грецией и с Саудовской Аравией на порядок проще.
Королевство может также выступить как экспортёр энергоресурсов. Трубопроводы в Европу могли бы пойти через Иорданию, Сирию и Турцию. Анкара получила бы стабильный источник валютных поступлений и поправила бы пошатнувшийся экономический покой, не говоря о том, что договорённости с Эр-Риядом и Афинами превратят Турцию в тот самый газовый и шире – энергетический хаб, над чем в последние годы системно работает турецкий лидер.
В этом случае Израилю со временем пришлось бы самому инициировать нормализацию и диалог с Турцией, поскольку в противном случае сформируется крайне неблагоприятная для Западного Иерусалима конъюнктура причем на десятилетия вперед. Вероятно, именно на это турками и делается расчёт.
Юрий Мавашев