Как Советский Союз вернул Греции Родос и другие острова

25-26 марта в Греции, под присмотром американского авианосца у берегов Крита, с помпой праздновали 200-летие всенародного восстания против турецкого владычества. СССР активно способствовал передаче Греции архипелага Додеканес. С учетом геополитических устремлений Турции, конфликтные ситуации наверняка будут повторяться.

Турция –  Европейский Союз: как далеко качнётся маятник нормализации?

12 января в ходе встречи с послами стран ЕС Эрдоган заявил о готовности Анкары вернуть отношения с Брюсселем «в правильное русло». 23 января в Анкаре прошло совещание по внешнеполитическим вопросам, включая повестку дня переговоров с Афинами, очередной раунд которых начался через два дня. За внезапно проснувшимся «миролюбием» хозяина дворца Ак-Сарай стоит вполне прагматичный расчёт.

Турция – Израиль: реальна ли «перезагрузка»?

В конце ноября стало известно о секретных переговорах главы Национальной разведывательной службы, мастера закулисных переговоров Хакана Фидана с официальными представителями Израиля в рамках инициированных Анкарой усилий по нормализации двусторонних отношений. Дипломатия Эрдогана окажется перед очередной дилеммой между внешнеполитическим прагматизмом и идеологически мотивированным экспансионизмом.

Армения реализует новую стратегию взаимодействия на Ближнем Востоке и в Восточном Средиземноморье

По мере оформления антитурецкой коалиции Кипр – Греция – Франция у Армении появился повод для обозначения своих интересов в Восточном Средиземноморье и возможность маневрировать. Ближневосточный регион никогда не терял значимость для Армении. Активное и взаимовыгодное сотрудничество со странами и иными субъектами внешнеполитического действия Ближнего Востока укрепит позиции Армении в регионе.

«Океанский щит – 2020» и безопасность Восточного Средиземноморья

Российские учения в Средиземном море, о которых хорошо осведомлены и в Турции, и на Кипре, и в Греции, имеют самодостаточное значение и едва ли могут быть интерпретированы как сигнал поддержки той или иной из сторон, сошедшихся в нешуточной схватке за энергетические ресурсы Восточного Средиземноморья.

Турция начинает и… проигрывает?

Вероятность военной неудачи в любом из конфликтов, в которые ввязалась Турция, несут угрозу военного переворота и свержения претендента на лавры Сулеймана Великолепного, который даже спустя четыре года после попытки военного путча не прекращает репрессий против собственной армии.

Восточное Средиземноморье – «Тюркский совет»: геополитические сдвиги необратимы?

Конфликт из-за принадлежности приграничного шельфа и крупных нефтегазовых ресурсов на стыке Эгейского и Средиземного морей между Грецией и Турцией в любой момент может перерасти в фазу открытого вооружённого противостояния. Одновременно Анкара укрепляет «Тюркский Совет», куда может попроситься Киев, используя эту площадку для дестабилизации обстановки в российском Крыму.

Экспозиция газовой войны в Восточном Средиземноморье

Создаётся впечатление, что Турция сознательно идёт на эскалацию конфликта. Возможно, в Анкаре считают, что членство в НАТО и мощный турецкий военный флот не позволят ей проиграть в этом противостоянии.

Ливия и Восточное Средиземноморье – Турция повышает ставки

Стремление турок обрести контроль над всей территорией Ливии не сулит Египту – крупнейшей арабской стране – ничего хорошего. Эрдогану необходима «небольшая победоносная война» без серьёзных потерь, способная укрепить его позиции

внутри страны и открыть путь к нефтегазовым богатствам Ливии. Тугой узел разнонаправленных интересов в Восточном Средиземноморье закручивается всё крепче.

Турция готовится к захвату энергоресурсов Восточного Средиземноморья

Испытывая серьёзные экономические трудности, Анкара не стесняется открыто использовать не только «мягкую», но и жёсткую силу, кардинально меняя положение в регионе, который рассматривается неотъемлемой сферой влияния наследников «Блистательной Порты». Обусловленная экономическими интересами проекция силы на бывшие владения османов является серьёзным вызовом как для соседей Турции по Средиземноморью, так и для российской политики на Ближнем Востоке.