США – Казахстан: им «сверху видно всё…»

Договор об открытом небе в контексте расширяющегося партнёрства Вашингтона и Нур-Султана

Известная советская песня военных лет, о которой мы вспомнили в заголовке статьи, имеет прямое отношение к подписанному некоторое время назад в Нур-Султане фактически бессрочному американо-казахстанскому соглашению «Об открытом небе». По информации пресс-службы Комитета гражданской авиации (КГА) Казахстана, соглашение подписали министр индустрии и инфраструктурного развития Бейбут Атамкулов и чрезвычайный и полномочный посол США в Казахстане Уильям Мозер. В полном соответствии с символизмом американского внешнеполитического стиля, действо планировалось в качестве демонстративного преддверия визита в Нур-Султан госсекретаря Майка Помпео, временно отложенного в связи резким обострением ситуации на Ближнем Востоке.

Как мы увидим ниже, виды Вашингтона на крупнейшую по площади страну Центральной Азии напрямую касаются также и «земных» преимуществ этой страны. Важнейшие из них – максимальная протяжённость границ с Россией (и значительная – с Узбекистаном и Киргизией), и обширная граница с КНР. В предыдущих публикациях мы упоминали об «уйгурском вопросе», а также о биобактериологических объектах Пентагона на территории государства образующего с Россией единое пространство в рамках ОДКБ и Евразийского Экономического Союза. Добавим сюда крупные запасы нефти, газа, урана и другого стратегического сырья, сыгравшего ключевую роль ещё в развитии советского атомного проекта. Не менее привлекательна для американцев также давняя «предрасположенность» казахстанских властей к более тесному партнерству с США, что особенно актуально на этапе инициированного в марте 2019 года теперь уже бывшим президентом Назарбаевым процесс «мягкого» транзита власти.

Вышеупомянутое соглашение, включающее принцип «открытого неба» – первый международный документ подобного рода, подписанный Казахстана именно с американскими партнёрами. Не менее примечателен факт его подписания на фоне очередных империалистических поползновениях Вашингтона в отношении Ирана и Ирака (включая убийство Касема Сулеймани и угрозы наложить на Багдад штраф за многолетнюю оккупацию и военный разгром этой страны), вплоть до грани реального риска прямого военного столкновения.

Вполне логично, что в Казахстане озабочены очередным ирано-американским обострением, опасаясь, что «закусив удила», Белый Дом начнёт выкручивать партнёрам руки, вынуждая их к сворачиванию и так стагнирующих взаимовыгодных экономических связей с Тегераном. Это следует, в частности, из развёрнутого комментария агентства «Informburo.kz» 8 января с.г.:

«…Американские компании участвуют в трёх крупнейших нефтегазовых проектах на территории Казахстана – в Тенгизе, Кашагане и Карачаганаке. Их развитие принесло стране большие доходы: поступления от Тенгиза с 1993 года превысили 143 млрд. долларов, от Карачаганака с 1997 года – 34,8 млрд. долл., а от Кашагана с 2016 года – 700 млн. долл. Есть и прямые дипломатические контакты. Например, Казахстан регулярно участвует в диалоговом формате “C5+1” – это встречи глав внешнеполитических ведомств США и пяти центральноазиатских стран».

Вместе с тем, в октябре 2019 года вступило в силу временное соглашение, ведущее к образованию зоны свободной торговли между ЕАЭС и Ираном, однако «за последние пять лет взаимная торговля между странами снизились в три раза – с 1 млрд. до чуть более 300 млн. долларов (здесь и далее выделено агентством  – Авт.). В случае введения новых санкций едва ли эти объёмы смогут вырасти». При этом «важно помнить и о поставках “Казатомпромом” урана в Иран. В проспекте IPO этой нацкомпании от 2018 года говорилось, что она “заключила контракт на поставку урана с иранским контрагентом в соответствии с иранской ядерной сделкой». По этой причине среди рисков в проспекте было отмечено, что “Соединённые Штаты могут предпринять односторонние действия за пределами ООН, которые могут помешать или иным образом повлиять…” на контракт на поставку и/или же на саму эту компанию. Какими могут быть последствия этого влияния – отмена контракта или же меры против компании – предположить сложно». «5 января по инициативе иранской стороны состоялся телефонный разговор между министрами иностранных дел Казахстана и Ирана. Глава казахстанского МИДа Мухтар Тлеуберди выразил “обеспокоенность обострением ситуации в регионе”, призвав все стороны “к проявлению сдержанности для предотвращения эскалации напряжённости и к поиску политико-дипломатических путей решения конфликта», пишет Informburo.kz.

Характерно, что глава казахстанского МИДа решился по телефону призвать к сдержанности именно Тегеран. Некоторые американские СМИ весьма резонно пишут о том, что власти Казахстана стремятся продемонстрировать свою приверженность более тесному взаимодействию с Белым Домом, даже в условиях нарастания рисков военной эскалации на Ближнем Востоке. Принцип «открытого неба» предоставляет большие возможности для перевозчиков, планирующих выполнять рейсы между двумя странами, разъясняют в КГА. Стороны «могут выполнять полеты без ограничений по количеству рейсов, перевозчиков, пунктов назначения и частот». Кроме того, «иностранные авиакомпании смогут выполнять рейсы через города Казахстана в третьи страны». В целом же, соглашение «будет способствовать дальнейшему развитию стратегического партнерства между Казахстаном и США», и в том числе, «повышению транспортной доступности международного финансового центра «Астана».

В документе никак не оговаривается возможность распространения его действия на Военно-воздушные силы США. При этом не содержится положения о том, что в режим «Открытое небо» не включаются рейсы (стоянки) сил военной и военно-транспортной авиации. Господин Помпео в Казахстан обязательно приедет, представив, анонсированную в конце прошлого года министром иностранных дел Казахстана Мухтаром Тлеуберди обновлённую стратегию США по Центральной Азии, в соответствии с которой можно было бы «дальше развивать наше стратегическое партнерство». Сделано это было в ходе поездки главы внешней политики Казахстана в США, где он встречался с главой Госдепартамента, а также с руководством Совета национальной безопасности и с конгрессменами. По окончании переговоров Помпео заявил о том, что «США считают Казахстан лидером в Центральной Азии и полагаются на него как на ключевого партнера в поддержании региональной безопасности». Схожая оценка у главы казахстанского МИДа: «Мы придаём большое значение дальнейшему расширению нашего сотрудничества с США. Казахстан и Соединенные Штаты достигли уровня расширенного стратегического партнерства, которое было закреплено по итогам официального визита первого президента республики Нурсултана Назарбаева в Вашингтон в январе 2018 года».

Соглашение об «открытом небе» следует рассматривать как составную часть вышеупомянутой стратегии, не исключено – как первый этап её реализации. Подробности мы узнаем совсем скоро, когда глава американской дипломатии приедет в начале февраля в Нур-Султан после Киева и Минска и перед Ташкентом (заметим, эти «точки на карте» постсоветского пространства и порядок их посещения вряд ли подобраны случайно). Не следует забывать также о том, что реализовываться она будет не на пустом месте, с непременным учётом сильных и слабых сторон предшествующего периода. В целом же, предполагаемая стратегия предусматривает вовлечение Центральной Азии, под эгидой США, в «колесницу» американской политики в Афганистане и противостояния Вашингтона и Тегерана.

Военно-политическое сотрудничество дополняется стабильным двусторонним товарооборотом, составившим за январь-октябрь 2019 года 1,8 млрд. долл. Почти 45 % из них приходится на поставки нефти в США (через Новороссийск) в рамках Каспийского трубопроводного консорциума. По итогам же 2018 г. американские инвестиции в Казахстан установили абсолютный рекорд, достигнув 5,3 млрд. долл. В целом, валовой объем прямых иностранных инвестиций из США в экономику РК с 2005 года составил порядка 40 млрд. долл., до 65% из которых вложены / вкладываются именно в сырьевые отрасли.

Каспийский трубопроводный консорциум

Характерно также, что такое стратегическое сырье, как хромовая руда и продукты её переработки, всё активнее «нацеливаются» в сторону США и их военно-политических партнеров. По данным ТНК «Казхром» (3 апреля 2019 г.), компания занимает 2-е место в мире по объёмам производства и поставок хромовых сплавов. В Актобинской области «Казхром» планирует построить завод по переработке лежалых шлаков и рафинированного феррохрома, реализация проекта намечена на 2020 год. На этом заводе планируется ежегодный выпуск 500 тыс. тонн лежалых шлаков и 10 тыс. тонн рафинированного феррохрома. До 95% выпускаемой продукции завода планируется поставлять в Китай, Японию, США, Южную Корею и страны ЕС. Согласно некоторым данным, американские инвестиции в этот проект превышают 30 %.

О деятельности на территории Казахстана сети американских биолабораторий, действующих отнюдь не первый год, сообщалось нами ранее. Высказываемая на этот счёт озабоченность не конвертирована пока в документ, предполагающий хотя бы частичную открытость этих объектов для российских специалистов. Не в последнюю очередь это связано с прагматичным подходом, как Москвы, так и Пекина, к отдельным аспектам многоуровневого и предельно сложного взаимодействия с Вашингтоном.

Атомный могильник на окраине Усть-Каменногорска

В марте 2019 года региональное информагентство StanRadar сообщало о включении американским «Центром по контролю и профилактике заболеваний» Казахстана в список стран, где существует «биологическая угроза для американских подданных». Угроза же граждан других стран – дело десятое. Далее следовал риторический вопрос: «…Неужели это «проглотим», как и создание в 2017 году могильника радиоактивных отходов американских и японских атомных станций, и центра низкообогащенного урана в Восточном Казахстане, построенных на деньги США, ЕС и Саудовской Аравии?».

В эпилоге говорится о необходимости требования «уничтожения ядерного могильника, центра низкообогащенного урана в Усть-Каменногорске, как и других военных и полувоенных организаций США и НАТО на территории Казахстана (выделено нами – Авт.). И прекращения транзита через Казахстан для ведения войны против народа Афганистана».

Не приходится сомневаться, что всё это влечёт дополнительные риски не только для экологии, но и для безопасности, прежде всего, самой Республики Казахстан.

Алексей Балиев

Добавить комментарий