Россия, Индия и «Большая Игра» после ухода американцев из Афганистана

Секретарь СБ России Н. Патрушев и премьер-министр Индии Н. Моди. МИД Индии/ТАСС

8 сентября столицу Индии Нью-Дели посетила представительная российская делегация по главе с секретарём Совета Безопасности Николаем Патрушевым. В ходе переговоров с советником премьер-министра Индии по национальной безопасности Аджитом Довалом и министром иностранных дел Субраманьямом Джайшанкаром обсуждался «широкий круг вопросов российско-индийского двустороннего сотрудничества», «состоялся обмен мнениями по ряду международных и региональных проблем, в том числе по ситуации в Афганистане», – отмечено в сообщении пресс-службы аппарата СБ РФ. В ходе беседы Н. Патрушева с премьер-министром Нарендрой Моди затрагивался широкий круг вопросов российско-индийского сотрудничества, проблемы международной повестки дня, обсуждались возможности для дальнейшего развития привилегированного стратегического партнёрства двух стран. Кроме того, собеседники рассмотрели перспективы укрепления взаимодействия в многосторонних форматах, включая ШОС и БРИКС, а также развития двустороннего сотрудничества в торгово-экономической сфере.

Ранее, в августе, в ходе ежегодной «профильной» встречи в рамках БРИКС по вопросам безопасности, Н. Патрушев подробно остановился на попытках запада «навязать нашим народам чуждые им идеалы, которые пытаются выдать за так называемые универсальные демократические ценности. Насколько жизнеспособны режимы, которые на их основе Запад пытается строить по всему миру, мы с вами видели буквально неделю назад в Афганистане». На смену традиционным, проверенным временем формам межгосударственного диалога «приходят закулисные сговоры, по итогам которых нередко решаются судьбы суверенных государств», подобные тем, которые привели к развязыванию нацистской агрессии в Европе. Российская сторона намерена приложить все усилия для защиты системы международного взаимодействия, сформировавшейся по итогам Второй мировой войны, и БРИКС может сыграть в международных отношениях важную стабилизирующую роль. «Наша «пятёрка» дает убедительные примеры эффективной работы по актуальным мировым проблемам на основе принципов открытости, равноправия, взаимного уважения и отсутствия скрытой повестки», и это делает взаимодействие в её рамках притягательным для других государств развивающегося мира, которые не хотят быть втянутыми в новое глобальное противостояние, отметил секретарь Совета Безопасности РФ.

…В ходе своей первой зарубежной поездки для участия в саммите БРИКС в 2014 году в Бразилии, встречаясь с Президентом России Владимиром Путиным, Нарендра Моди подчёркивал глубину дружеских симпатий индийцев по отношению к России, которая неизменно «была вместе с Индией в кризисные времена». С тех пор наши отношения переживали разные времена, включая периоды некоторого отчуждения, однако двусторонние консультации по вопросам безопасности – неотъемлемая часть этой более широкой повестки и неизменная практика последних лет (за исключением 2020 года, когда свои коррективы внесла пандемия). Военные успехи запрещённого в России движения «Талибан» серьёзно изменили региональные расклады. «Что касается Афганистана, то Индия и Россия имеют общий подход. Мы также заинтересованы в стабильности центральноазиатских государств. Важно, что это первый зарубежный визит господина Патрушева после недавних событий в стране [речь идёт о захвате талибами Кабула]», – отметил посол Индии в Москве.

В 2019 году особое внимание в ходе двусторонних консультаций в сфере безопасности было уделено перспективам военно-технического сотрудничества. С тех пор, да и ранее, американские партнёры прикладывали немалые усилия по геополитическому «переманиванию» Нью-Дели в «индо-тихоокеанские» антикитайские построения, наподобие пресловутого «квартета» в составе США, Индии, Японии и Австралии. Выступая на открытии 1 сентября очередного учебного года в МГИМО, на данное обстоятельство обратил внимание и министр иностранных дел России Сергей Лавров.

Впрочем, полным и однозначным успехом попытки затащить индийское руководство в «проамериканский» лагерь увенчаться не могли по определению, особенно если не забывать о многолетнем лидерстве крупнейшей страны Южной Азии в «Движении Неприсоединения». Поспешный же вывод американского контингента лишний раз продемонстрировал всю хрупкость и эфемерность рода конструктов, завязанных на военные авантюры «коллективного Запада». Индия традиционно была одним из ключевых партнёров марионеточного режима Ашрафа Гани, вложив в экономику Афганистана более трёх миллиардов долларов (гидроэнергетика, дороги, инфраструктура, обучение специалистов). В свою очередь, противники бывших кабульских властей в значительной степени опирались на поддержку со стороны Исламабада и Пекина. В рабочем документе, подготовленном в 2020 году индийским отделением американского «Фонда Карнеги», указывалось отсутствие для индийских чиновников какого-либо смысла в прямых контактах с талибами по причине их тесных связей с межведомственной разведкой Пакистана (ISI, с центром в Равалпинди). Поспешный вывод из Афганистана американских войск и возвышение поддерживаемого недружественными соседями движения, как предполагается, несёт национальной безопасности Индии серьёзные угрозы. Одним из следствий смены власти в Афганистане стало обрушение прежней системы безопасности, которой Индия также оказывала немалую поддержку. Радикальные террористические  группы (такие, как «Лашкар-э-Тайба» и «Джейш-э-Мохаммед», местное отделение запрещённой в России «Аль-Каиды» и др.), могут получить в стране безопасное убежище, не говоря о росте нелегальной миграции, наркотрафика, трансграничного криминала и т.д. Несмотря на подавляющее индуистское большинство, мусульманское население Индии весьма значительно, и конфессиональные столкновения – далеко не редкость. Более того, имеется мнение, что до некоторой степени идеология «Талибана» зародилась именно на Индийском субконтиненте. Иная долговременная «головная боль» – кашмирский конфликт: хотя первоначально талибы заявляли, что не намерены вмешиваться в него вооружённым путём, представитель катарского офиса Сухейль Шахин недавно заявил о намерении «возвысить голос в защиту мусульман в Кашмире, Индии или в любой другой стране».

На заседании Совета Безопасности ООН 30 августа Индия солидаризировалась с ведущими западными игроками, выдвинувшими талибам несколько жёстких требований, в то время как Россия и Китай при голосовании по соответствующей резолюции воздержались, сочтя её чрезмерно жёсткой. Наличие определённых расхождений, в том числе по актуальным вопросам региональной «повестки дня», делают конструктивный и содержательный диалог между Москвой и Нью-Дели безальтернативным. Не следует забывать о том, что не кто иной, как новоявленные «союзники» Индии, не исключая бывших колонизаторов, десятилетиями подпитывали террористический очаг у её границ, и сегодня явно намереваются продолжать «Большую Игру».

По мнению западных авторов, от идеологически и геополитически мотивированного советско-индийского «согласия», когда Запад ставил на Пакистан, а Москва поддерживала правительство «Индийского Национального Конгресса» в кашмирском вопросе, не осталось и следа, а глобальные и региональные внешнеполитические «траектории» двух стран чем дальше, тем больше расходятся. Очевидно, подобного рода ангажированные оценки не полностью соотносятся с реальностью, однако заявления «об общем подходе» и «совместных усилиях» России и Индии на афганском направлении необходимо подкреплять конкретными договорённостями и практическими шагами, которые имели бы диверсифицированный характер.

В сообщении по итогам переговоров в Нью-Дели говорится о договорённости «координировать подходы России и Индии в многосторонних форматах по афганскому урегулированию». К позитивным тенденциям можно отнести и значительное оживление двусторонних торгово-экономических связей, о чём говорилось и на недавнем Восточном Экономическом форуме, участие в котором принял и Н. Моди. Совместные сырьевые проекты – «Ванкорнефть», «Таас-Юрях Нефтегазодобыча» и «Сахалин-1», а также поставки в Индию углеводородов позволили «Роснефти» выйти в лидеры экономического сотрудничества двух стран, сообщил её главный исполнительный директор Игорь Сечин: «Объем взаимных инвестиций в проекты с участием «Роснефти» и индийских партнеров превышает 17 миллиардов долларов. Это больше половины общего объема накопленных российско-индийских инвестиций к текущему моменту». В ходе визита в Россию делегация во главе с министром нефти и природного газа Хардипом Сингх Пури побывала на судостроительном предприятии «Звезда» в городе Большой Камень Приморского края, где осмотрела танкер «Афрамакс». Выступая на форуме во Владивостоке, глава индийского правительства особо отметил соглашение между «Звездой» и судостроительной верфью Mazagon Dock Shipbuilders Limited, в рамках которого планируется взаимодействие в области гражданского судостроения.

Не забыто и имеющее крепкий, ещё «советский» задел военно-техническое сотрудничество, которому западные партнёры назойливо пытаются придать антикитайский акцент: дескать, в ходе недавнего военного кризиса на Гималаях Россия не прекращала поставки в Индию запасных частей и оборудования военного назначения, что вызывало недовольство в Пекине. Представляется очевидным, что разногласия в треугольнике «Россия – Китай – Индия» и далее будут искусственно поощряться и раздуваться теми, кто не может и не собирается действовать в парадигме, отличной от древнеримского принципа «разделяй и властвуй». И это лишь подчёркивает востребованность макрорегиональных консультационных площадок, включая «расширенную» Организацию Шанхайского Сотрудничества, очередной саммит высшего уровня которой состоится в Душанбе 16-17 сентября 2021 года.

Дмитрий Нефёдов

Добавить комментарий