1 марта, когда операция США «Эпическая ярость» была в самом разгаре, министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи лаконично описал оборонную стратегию Ирана в своем посте в соцсети X: «У нас было два десятилетия, чтобы изучить поражения американских военных на востоке и западе от нас. Мы учли эти уроки. Бомбардировки нашей столицы никак не повлияют на нашу способность вести войну. Децентрализованная мозаичная оборона позволяет нам решать, когда и как закончится война».
По мнению американских экспертов, здесь изложены два ключевых принципа стратегии Ирана:
- во-первых, мониторинг уязвимостей американской армии и адаптация к ним,
- во-вторых, полная децентрализация командования и контроля для обеспечения устойчивости и непрерывности действий в случае нанесения «ошеломляющих» ударов.
Упоминаемая Арагчи децентрализованная стратегия обороны, называемая также «мозаичной обороной», направлена на нейтрализацию последствий ударов США или Израиля по руководству и командованию иранской армии, а также на обеспечение непрерывности действий в случае «обезглавливающего» удара. Заявление Арагчи также указывает на то ставку Тегерана на истощение противника. Это соответствует более широкой стратегии асимметричной эскалации, применяемую иранцами с начала ответных ударов, с надеждой на истощение оборонительных ресурсов США, Израиля и их союзников. Этот подход, который иногда называют тактикой «нарезки салями», направлен на то, чтобы истощить экономику США и Израиля, заставить их население почувствовать на себе последствия войны и сделать так, чтобы она оставалась непопулярной внутри стран «антииранской коалиции».
Оборонная доктрина Ирана, претворяемая в жизнь с начала операции США «Эпическая ярость», разрабатывалась десятилетиями и была закреплена в ходе ирано-иракской войны 1980-1988 гг., а также израильского вторжения и оккупации Ливана в ходе гражданской войны 1975-1990 гг. Оба этих события во многом повлияли на то, как Иран и его основной союзник – военно-политическая организация ливанских шиитов «Хизбалла» – воспринимают и текущий конфликт.
По словам Мэтью Макинниса, бывшего заместителя специального представителя США по Ирану, этот опыт закрепил стратегию, основанную на опосредованных и асимметричных военных действиях, а также на использовании баллистических ракет для противостояния противникам, обладающим превосходящими технологическими возможностями и людскими ресурсами. Травма, полученная в ходе ирано-иракской войны, когда режим Саддама Хусейна активно применял ракеты против иранских городов, закрепила за баллистическими ракетами статус ключевого компонента иранской военной стратегии. Зависимость от союзных сил стала прямым следствием событий 1980-х годов, когда Иран стремился распространить свое влияние и защитить революцию, экспортируя её в другие страны региона.
Эта трехкомпонентная доктрина обороны получила дальнейшее развитие в 2005 году, когда Корпус стражей исламской революции (КСИР) под руководством генерала Мохаммада Джафари представил свою модель «мозаичной обороны», то есть ту самую децентрализованную систему управления и контроля.
По мнению доктора Майкла Конналла, эксперта по иранской военной культуре, эта стратегия привела к непосредственной реструктуризации системы управления и контроля КСИР в систему из 31 отдельного командования, которые в случае вторжения могли бы поднять восстание и тем самым чрезвычайно затруднить любые попытки ослабить оборону Ирана. Как рассказывает Конналл, эта доктрина была разработана на основе тщательного анализа ограничений, с которыми столкнулись военные операции США последних десятилетий в Ираке, Афганистане и на Балканах. В этих конфликтах удары по высокоцентрализованным режимам с целью их децентрализации часто наносились быстро и в течение нескольких недель меняли ход боевых действий в пользу Пентагона.
Стратегия «мозаичной обороны» позволяет полуавтономным подразделениям КСИР в отдельных регионах, в кризисных ситуациях обращаться за помощью к силам «Басидж». Таким образом, реализуется многоуровневая стратегия обороны, позволяющая эффективно реагировать на возникающие угрозы и практически невосприимчива к ударам, направленным на уничтожение командования. Каждое подразделение фактически имеет в своем распоряжении полноценные «вооруженные силы» со своими разведывательными возможностями, запасами оружия и системой управления и контроля. Все четыре компонента оборонной доктрины Ирана – асимметрия, использование прокси-сил, ракет и «мозаичная» децентрализация – занимают важное место в стратегии Ирана по противодействию американо-израильской кампании.
Подход «мозаичной обороны» проявился уже в первых ответных ударах Тегерана после начала операции «Эпическая ярость». В заявлении Арагчи говорится, что удары по Оману были нанесены из-за ошибки автономных подразделений, с которыми нельзя было связаться напрямую, что намекает на сохранение структуры полуавтономных подразделений, действующих с ограниченной связью с вышестоящим командованием. По словам министра, «наши военные подразделения теперь фактически независимы и в некоторой степени изолированы друг от друга и действуют на основании общих инструкций, полученных заранее». Это, вероятно, усложнит любое наземное вторжение или ведение боевых действий на суше, которые США или Израиль могут попытаться осуществить в будущем, если продолжающиеся авиаудары не принесут желаемых результатов. Пока что децентрализация, похоже, работает: Израиль и США продолжают наносить удары по лидерам и священнослужителям, хотя и не в том же темпе, что в начале войны.
Во многом это похоже на его зависимость от системы «мозаичной обороны». Ракетный потенциал Ирана стал ключевым фактором в войне на истощение, которую он ведет против США и Израиля. После 12-дневной войны ракетный потенциал Ирана значительно сократился из-за целенаправленных ударов Израиля. С июня Иран нарастил производство ракет и пополнил свои запасы. По данным Армии обороны Израиля, на момент начала операции у Ирана было 2500 ракет. Хотя министр войны Пит Хегсет прямо заявил, что теперь операции будут направлены не только на истощение имеющихся запасов, но и на уничтожение производственных мощностей, а командующий Центральным командованием Вооружённых сил США адмирал Брэд Купер отметил снижение частоты атак, Иран продолжает использовать свои ракеты, чтобы наносить США огромный ущерб как напрямую, так и через каскадные экономические последствия войны.
Тесно связанная с ракетной программой, асимметричная война – это набор инструментов, которые Иран использует для нанесения ответных ударов. Тегеран, осознавая свою неспособность выиграть войну против обычными средствами, прибегает к нестандартным тактикам, чтобы затянуть конфликт, в первую очередь за счёт экономического давления и асимметрии затрат. Беспилотник «Шахед», производство которого обходится примерно в 20 – 50 тыс. долл. за единицу, значительно дешевле систем перехвата, на которые полагаются США и их союзники в регионе. 13 марта Иран опубликовал видео настоящего подземного города с ударными дронами указанного типа, готовыми к нанесению ударов по позициям противника. В то же время стоимость ракет-перехватчиков Patriot составляет примерно 4 млн долларов за выстрел. Использование асимметрии в стоимости – неплохо зарекомендовавшая себя стратегия, которую йеменское движение «Анаср Алла» усовершенствовало во время кризиса в Красном море, когда США потратили миллиарды на перехват относительно дешёвых ракет, на несколько месяцев нарушивших глобальную торговлю.
Так называемая «Ось сопротивления», состоящая из «Хизбаллы», хуситов, отчасти ХАМАС и других палестинских группировок, а также боевиков ополчений Ирака, позволяла Ирану рассчитывать на эффективное применение стратегии асимметричной войны. В последние годы силы «оси» были заметно ослаблены, а с начала марта силы ЦАХАЛ в очередной раз принялись методично разносить южные районы Ливана, готовясь к наземному вторжению до реки Литтани. 5 марта агентство Reuters сообщило, что элитная боевая группа «Хизбаллы» «Силы Радвана» выдвинулась к ливано-израильской границе, чтобы противостоять продвижению израильских танков и блокировать его. Власти Ливана официально заявили о почти 450 тысячах временных беженцев – гражданах страны, вынужденных покинуть свои дома из-за израильских атак.
Западные пропагандисты утверждают, что у Ирана якобы имеется ряд доверенных лиц, или «спящих ячеек», в США и по всему миру. По данным New York Times, некоторые американские чиновники сообщали о «повышенной активности» в вопросах планирования и координации таких атак, хотя конкретных заговоров выявлено не было.
Как отметил эксперт по «Хизбалле» Мэтью Левитт, боевик этой группировки арестованный на территории США в 2017 году, признался, что входил в подразделение «Хизбаллы», занимавшееся внешними операциями, и заявил, что был частью «спящей ячейки», которой было поручено действовать в случае, если США вступят в войну с Ираном. Учитывая принципиальный характер вооружённого противостояния, правоохранительные органы США всерьез опасаются, что в ответ на продолжающиеся боевые действия на американской территории может быть совершено нападение. Когда журнал Time спросил президента Трампа об угрозе для территории США, он ответил: «Думаю, американцам стоит беспокоиться. Мы готовимся к этому. Но да, знаете, мы кое-чего ожидаем. Как я уже сказал, некоторые люди погибнут. Когда вы идете на войну, некоторые люди погибают». Надо полагать, истерия будет нагнетаться и далее, особенно в случае затягивания военных действий на Ближнем Востоке.
Александр Григорьев