ОДКБ: антитеррористическая консолидация – веление времени

11-12 февраля 2020 г. в Вене прошла Совместная региональная конференция высокого уровня «Иностранные боевики-террористы (ИБТ): отвечая на современные вызовы», в которой приняла участие делегация Организации Договора о коллективной безопасности. Мероприятие проводилось совместно ОБСЕ, Контртеррористическим управлением ООН и Швейцарией в сотрудничестве с действующим Албанским  Председательством ОБСЕ. Конференция стала очередным этапом серии региональных встреч в развитие решений впервые созванной Генеральным секретарем ООН в июне 2018 года в Нью-Йорке Конференции высокого уровня с участием руководителей контртеррористических ведомств государств-членов.

Делегацию Секретариата ОДКБ возглавил начальник Управления противодействия вызовам и угрозам Мурад Кунакбаев, выступление которого было посвящено теме предотвращения и препятствования трансграничному перемещению боевиков международных террористических группировок. В частности, целью впервые проведённой в формате ОДКБ в 2019 году специальной операции под условным наименованием «Наемник», являлось перекрытие каналов вербовки, въезда/выезда выходцев из государств-членов ОДКБ для участия в вооруженных конфликтах на стороне международных террористических организаций, а также нейтрализация их ресурсной базы. Согласно информации Секретариата ОДКБ,

«…состоявшийся обмен мнениями участвовавших в Совместной конференции профессионалов – представителей национальных антитеррористических структур и профильных антитеррористических подразделений ООН и региональных организаций, экспертов с опытом практической работы был полезен для решения последовательно осуществляемой ОДКБ задачи формирования широкого антитеррористического фронта при центральной координирующей роли ООН».

23 января секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев встретился с новым генсеком ОДКБ, представителем Белоруссии Станиславом Засем, обсудив «вопрос о формировании единого списка организаций, признанных террористическими в государствах-членах ОДКБ». Несмотря на многочисленные разговоры, эта важная работа до сих пор не завершена, что негативно сказывается на эффективном взаимодействии спецслужб. Между тем, по мнению юриста-международника Александра Мезяева, наметившаяся тенденция на расползание разгромленных, казалось бы, на Ближнем Востоке террористических группировок «по миру вообще и по Африке в частности – результат спланированных действий институтов глобального управления, использующих эту террористическую организацию как свой боевой отряд». Помимо Африканского континента и Юго-Восточной Азии, немало «горючего материала» содержат страны бывшей советской Средней Азии, о чём вновь напомнили недавние трагические события в Жамбылской области на юге Казахстана (по странному совпадению погромы дунган вспыхнули сразу же после отъезда из страны госсекретаря США Майка Помпео). Интерес главы американской дипломатии к Казахстану и соседнему Узбекистану содержит ярко выраженный антикитайский контекст.

Ключевой задачей ОДКБ на ближайшую перспективу видится реагирование (по возможности, упреждающее) на возрастающие и всё более разнообразные угрозы практически по всему периметру её границ. По данным, приводившимся главой объединённого штаба ОДКБ генералом Анатолием Сидоровым, тенденция провоцируемого США и НАТО развития кризисных ситуаций в мире сохранилась, при этом

«размыта граница между террором самодеятельным и политикой некоторых государств. Поэтому серьезным вызовом безопасности является наращивание ударно-наступательного потенциала НАТО и расширение военного присутствия Соединенных Штатов в непосредственной близости от государств ОДКБ».

В данном случае речь идёт, прежде всего, о Восточной Европе, где ускоренно военное присутствие США и НАТО ускоренно наращивается, в том числе под прикрытием регулярных военных тренировок. Аналогичная ситуация отчасти моделируется и в Грузии, власти которой всё активнее, в буквальном смысле, «вталкивают» страну в НАТО.

Отвечая на эти и смежные вызовы, силы ОДКБ проведут в 2020 году в Восточноевропейском регионе коллективной безопасности (Калининградская область РФ, СЗФО, Белоруссия) командно-штабные учения «Нерушимое братство – 2020». В рамках прошедших в 2019 году ряда совместных учений решались задачи по материально-техническому обеспечению войск («Эшелон»), военной разведке/контрразведке («Поиск»), восстановлению суверенитета и территориальной целостности страны-участницы ОДКБ («Взаимодействие»). Все эти мероприятия будут продолжены и в текущем году.

Особое внимание ОДКБ, по словам А. Сидорова, по-прежнему уделяет Центральноазиатскому региону, где будет проведено совместное учение «Рубеж – 2020» (Казахстан, Таджикистан, Кыргызстан) с коллективными силами быстрого развертывания по отработке вариантов противодействия международным террористическим организациям. Будут проводиться также учения/тренировки меньшего масштаба.

Несмотря на то, что Афганистан значится в ОДКБ государством-наблюдателем, его территория «стала убежищем для террористов всех мастей, в том числе «ветеранов» вооруженных конфликтов на Ближнем Востоке». По данным российских спецслужб, за Пянджем находится до 10 тысяч боевиков запрещённого в России террористического «Исламского государства»; кроме того, опыт в Сирии и в Ираке получили не меньше 5000 джихадистов из стран Центральной Азии. Спецслужбы стран ОДКБ также располагают информацией о том, что из «коллеги» из США и некоторых других стран НАТО, мягко говоря, не препятствуют передислокации боевиков с Ближнего Востока в Афганистан. Цели такого попустительства очевидны и не являются особым секретом.

По данным спецслужб и минобороны РФ и стран региона, «миротворческая» политика НАТО в Афганистане прямо или косвенно «продвигает» террористов к его границам с государствами Центральной Азии. К настоящему времени до 80% территории Афганистана, охваченной боевыми действиями и терроризмом, – это районы северного Афганистана. Так что вовсе не случайно в Таджикистане регулярно проходят учения ОДКБ «Боевое братство» с участием многотысячной войсковой группировки, с привлечением истребительной, штурмовой и бомбардировочной авиации, ракетных комплексов «Искандер», бронетехники, самоходной артиллерии. Как отмечает глава штаба ОДКБ, такая «проекция силы» отрезвляюще действует на боевиков в Афганистане.

Готовящееся оборонное соглашение между Россией и Кыргызстаном предполагает, в частности, создание единой региональной системы противовоздушной обороны, что отвечает задачам совершенствования системы безопасности. Министерство обороны России планирует разместить на своей военной авиабазе в Канте не только средства ПВО, но и беспилотные летательные аппараты, сообщил заместитель главы военного ведомства Николай Панков. Помимо этого, российская сторона модернизирует аэродром и взлетно-посадочную полосу, являющуюся объектом совместного использования.

К сожалению, отсутствие в ОДКБ Туркменистана и Узбекистана с точки зрения военно-политической географии означает разрыв в системе безопасности региона и военного присутствия РФ в Центральной Азии. И этим вполне могут пользоваться боевики и террористы, планируя трансграничные операции и рейды, в том числе в сопредельный, притом весьма обширный, Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР. По данным китайских источников, не менее 70% боевиков/террористов, проникших в этот регион в 2017-2019 гг., воспользовались «крысиными тропами» Центральной Азии, и обезврежены там они были далеко не все (в лучшем случае 70%). В условиях определённой трансформации, переживаемой Шанхайской Организацией Сотрудничества в связи с вступлением в неё Индии и Пакистана, целесообразно было бы подумать о возможном подключении КНР (а также, возможно, Ирана) к региональным мероприятиям ОДКБ.

Недавний «кавалерийский наскок» Майка Помпео в Казахстан и Узбекистан вновь продемонстрировал категорическое неприятие Вашингтоном политико-экономического и тем более военного сближения стран Центральной Азии с Китаем и особенно с Россией. В этой связи, справедливым может оказаться вывод об активизации давней линии на поддержку американскими спецслужбами действующих на северо-западе Китая сепаратистских и террористических группировок.

Кавказский регион также станет важной площадкой боевой подготовки коллективных сил ОДКБ: там состоятся три командно-штабных учения оперативного реагирования, включая наиболее масштабное учение: «Взаимодействие – 2020», что немаловажно в контексте как тесной американо-грузинской кооперации, так и возросшей напряжённости вокруг Ирана. Вопрос о том, будут ли задействованы в кавказских учениях ОДКБ территории и/или воинские формирования признанных Россией Южной Осетии и Абхазии, пока остаётся открытым. Несмотря на субъективные обстоятельства политического характера (включая отсутствие гарантий стабильного транзита через Грузию между Арменией и Россией), достаточно взглянуть на карту, чтобы убедиться в том, что пребывание этих стран делает общую систему безопасности в рамках ОДКБ более уязвимой.

В последнее время, особенно на фоне обострившейся перепалки между Москвой и Минском по отдельным аспектам экономического взаимодействия (да и раньше) усилились разговоры о дееспособности ОДКБ. В этой связи надо отметить характерную тенденцию на ослабление роли крупных военно-политических блоков, не исключая НАТО. Да, западные партнёры в состоянии проводить крупномасштабные учения, такие, как разворачивающиеся в Восточной Европе («Defender Europe 2020»). Но в то же время – кто, как не президент Франции Макрон говорил некоторое время назад о «смерти головного мозга» НАТО? Кстати, одновременное присутствие в этой организации Франции, Греции и Турции выглядит всё более противоестественным. Откуда устойчивые разговоры о возможном создании самостоятельной «европейской армии» вне рамок сомнительного североатлантического «братства»? Наконец, кто из западноевропейских союзников Вашингтона поддержал его после ракетных ударов по американским базам в Ираке, не бросившись выводить из охваченной хаосом страны и без того невеликие контингенты?..

В заключение отметим: опыт НАТО, бывшего Варшавского Договора и других военно-политических блоков показывает, что максимальный уровень их дееспособности не в последнюю очередь проистекает из согласованной политики стран-участниц по развитию военно-технической инфраструктуры и особенно оборонно-промышленного комплекса. Соответственно, согласование оборонных бюджетов и хотя бы отдельных позиций оборонно-промышленных заказов государств-участников ОДКБ выглядело бы весьма амбициозной целью. Впрочем, многое здесь зависит от «большой политики», и вопросов пока больше, чем ответов…

Алексей Балиев, Андрей Арешев

Добавить комментарий