Национализм Казахстана, словно сон разума, порождает чудовищ

Столкновения в Кордае Жамбылской области между казахами и дунганами в феврале нынешнего года (в ходе них погибли не менее 10 человек, были ранены более 180) стали поводом для широкой дискуссии о межэтнических отношениях в Казахстане, природе казахстанского государства и дальнейших путях его развития. Больше всего настораживает рост националистической риторики, наблюдающийся как на уровне властей страны, так и в экспертной среде, что несет в себе целый ряд угроз для стабильности государства и евразийского будущего Казахстана.

Не хочешь — заставим

Страну населяет 117 этнических и языковых групп. Самые многочисленные из них – казахи и славянские народы (русские, украинцы и белорусы). Согласно Конституции страны, казахский язык имеет статус государственного, а «в государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским официально употребляется русский язык». Это соответствует реальной языковой ситуации. По данным переписи 2009 г., 92% казахов понимали, 83,5% свободно читали, а 79,1% свободно писали на русском языке. Часть казахов предпочитает общаться на русском.

Как отмечает доктор философских наук Р. Кадыржанов, «несмотря на то, что большую, приближающуюся к половине, часть населения городов сегодня составляют казахи, русский язык по-прежнему доминирует в городском социальном пространстве. Городские казахи второго и третьего поколения практически все знают родной язык в достаточном объёме, но общаться предпочитают на русском». Не говоря уже о проживающих в стране русских и представителях других народов, для которых русский язык является средством межнациональной коммуникации.

Тем не менее вопреки реалиям власти не оставляют попыток казахизации страны. Например, закон о языках содержит более жесткую по сравнению с Конституцией норму, предусматривающую приоритетность государственного языка и поэтапный переход делопроизводства на казахский язык. В Доктрине национального единства говорится, что овладение казахским языком должно стать долгом и обязанностью каждого гражданина, это – ключевой приоритет, главный фактор духовного и национального единства. То есть, если даже сами казахи не хотят говорить на казахском, их необходимо научить «родину любить».

Но, сказав «а», нельзя не сказать «б». По мере формирования «национального единства» на этнической основе и на базе языка «титульной нации» неминуемо возникают законы и подзаконные акты, все более сужающие пространство для использования других языков. Яркий пример – переход на трехъязычное образование, осуществляющееся за счет вытеснения русского языка, и латинизация, которая приведёт к тому, что дети перестанут понимать своих родителей и наоборот.

Но даже этого националистам мало. Член политсовета партии «Ак жол» и член Национального совета общественного доверия при президенте РК К. Иса заявил: «Настало время убрать из Основного закона 2-й пункт 7-й статьи о статусе русского языка как официального языка межнационального общения, чтобы государственный язык был единственным в этом статусе. Это народное требование должна поддержать в первую очередь Ассамблея народа Казахстана. Парламент, общественно-политические силы, интеллигенция должны проявить волю и показать свою силу. В целях развития государственного языка на государственном уровне и для осуществления контроля за этим считаем приемлемым создание агентства по языку, которое будет подконтрольно только президенту».

Любопытно, только одному автору этих строк вспомнилось при этом об украинской «языковой инквизиции»?

Националистическое издание Qazaq Uni, составило специальный график перехода на казахский язык. С 1 сентября 2020 г. перевести все заседания органов власти на «титульный», с 1 января 2021 г. – всё делопроизводство, с 2020-2021 учебного года всех учеников казахской национальности перевести в казахские классы. Через два года учеников, принадлежащих к тюркоязычным народам, через три года – всех остальных. Через три года начинать поэтапный перевод высших и средних специальных учебных заведений на обучение на казахском языке. По мнению издания, «кто не знает язык народа, тот не знает его душу. Каким бы даровитым от природы он ни был. Поэтому он не может понять его чаяния, не может почувствовать его боль. Казахи знают русский язык, а русскоязычная часть населения страны, в том числе обрусевшие казахи, казахский не знают, отсюда и множество проблем и много бед. И не будут знать, пока не будет жизненной необходимости, пока из-за незнания казахского человек не будет в большом затруднении добывать себе хлеба насущного».

Этнократия и ассимиляция

Складывается впечатление, что в РК, декларируя на словах многонациональность, на самом деле строят классическую этнократию. Основным аргументом «казахизаторов» является рост населения казахской национальности, которое через 20 лет будет составлять 80-85% граждан страны. А раз так, значит, можно перестать учитывать интересы остальной «статистической погрешности». Как отмечает, в частности, главный редактор ИА «Turan Times» Г. Абишев, «конкурентоспособная нация никого не гонит, но заполняет собою все пустоты таким образом, что чужакам чрезвычайно тяжело найти себе место в этом обществе. Но самое главное – моноэтническое общество конкурентоспособного национализма никак существенно не страдает, даже закрывая все шлюзы для иностранцев».

Более того, меньшинства можно просто ассимилировать. По мере углубления казахизации зазвучали «пожелания» перекрестить казахстанцев всех национальностей в казахов. Эту точку зрения поддерживает даже президент страны К.-Ж. Токаев, заявивший, что «за рубежом нас знают как казахов, поскольку в названии нашего государства звучит именно это слово». Но если его утверждение обрамлено массой оговорок, то общественный деятель М. Сейсембай говорит совершенно прямо: «Если русский не хочет называться казахом, он может уехать в Россию». Чемодан – вокзал… Как это знакомо!

Постепенно меняется общественно-политический, исторический и культурный дискурс. По ироничным словам директора международных проектов Института национальной стратегии России Ю. Солозобова, «теперь надо гордиться ценностями Орды, своих ханов, переименовывать улицы, вводить фактически запрет по языку в госслужбе». Но, продолжает ученый уже без всякой иронии, «вот эта ставка на архаизацию вместо модернизации, безусловно, откликнулась в этих событиях в Жамбылском районе».

Подобная политика вызывает разобщённость в казахстанском обществе. По данным мониторинговых опросов Ассоциации социологов и политологов Казахстана (АСиП), проведённых ещё в 2017 г., уровень межэтнической отчужденности в стране за последние годы повысился в 1,3 раза. Если в 2012 г. 19,6% казахстанцев соглашались с утверждением, что «этнические группы живут своей замкнутой жизнью, никаких отношений нет», «интересы не пересекаются», то в 2016 г. таких стало уже 26,4%. Наличие направленных этнофобий фиксируется в большей степени среди казахов в возрасте 18-30 лет.

Самое тревожное, что уровень ожиданий открытого межэтнического конфликта у русских и казахов совпадает и составляет 32,9% и 34,9% соответственно. Среди факторов, которые способствуют росту ксенофобии, исследователи называют рост этнического самосознания казахов и растущую политизацию этнической напряженности в республике. Как сказано в исследовании, в информационном пространстве за последние годы заметно усилилась пропаганда Казахстана как страны казахов и казахской культуры, что ведёт к усилению межэтнической отчуждённости и ксенофобии у русскоязычного населения, включая русскоязычных казахов.

Негативную реакцию вызывает закрытие русскоязычных школ, число которых сократилось до 20%, а также усиление использования фактора незнания казахского языка для выдавливания русских из социально-профессиональной среды. Нарушения прав со стороны госструктур в 1,3 раза чаще совершается в отношении русских, что заставляет их рассматривать внедрение госязыка как антидемократическую меру.

Ущемлёнными по языковому признаку считают себя две трети русского населения, а на юге и западе республики эта цифра приближается к 90%. Это касается и других народов. Как указывает председатель Евразийского аналитического клуба Н. Мендкович, «наступление на русский затронуло преимущественно образованное городское население, русских, корейцев, русскоязычных выходцев из Узбекистана и Кыргызстана», а административное давление на местах вызывает раздражение этнических общин и уход их деловой и общественной активности в неформальную сферу.

В последние годы власти все шире привлекают этнических националистов в государственные структуры. Примером может служить созданный при Президенте РК Национальный совет общественного доверия (НСОД), в который попали такие одиозные фигуры, как деятели распущенного националистического движения «Жана Казахстан» А. Сарым и Р. Жумалы, известный своей антироссийской деятельностью М. Тайжан, призывавшая лишать половых признаков девушек, выходящих замуж за китайцев, «правозащитница» А. Орынбек, доктор философии К. Жолдыбайулы, грозивший межэтническими столкновениями в случае совместных захоронений мусульман и представителей других конфессий, и другие подобные персонажи.

Кому выгодно?

Гражданский мир, поступательное развитие экономики и промышленности Казахстана, его участие в проектах евразийской интеграции, естественно, никак не могут устраивать ни националистов, ни их зарубежных спонсоров. «Удивительным образом» тезисы казахских националистов о т. н. голодоморе, выходе из ЕАЭС, колонизации Казахстана Россией, «китайской экспансии», неприемлемости строительства АЭС и вывода из страны космодрома Байконур совпадают с внешнеполитическими целями государств НАТО и озвучиваются именно там.

В частности, в 2018 г. представители партии «Жана Казахстан», ныне окопавшиеся в НСОД, презентовали в Вашингтоне меморандум «О признании геноцида казахов» («Ашаршылык»). Подготовивший его «респектабельный» националист А. Сарым, основатель Антиевразийского форума и движения «Оян Казахстан», собравшего под свою крышу всю грантоедскую рать, заявил: «На постсоветском пространстве с наибольшими проблемами и в интеллектуальном, и в межэтническом, и в другом плане имеют те страны, которые имеют наибольшую долю русскоязычного населения». А совсем недавно пообещал, что в ближайшие годы вопрос с русскими названиями всех городов Казахстана будет окончательно решён. Откуда дует этот ветер – очевидно. По данным портала «Русская весна», А. Сарым поддерживает связь с П. Залмаем, сотрудником украинской резидентуры ЦРУ.

Как отмечает эксперт А. Грозин, «часть элит – властные, интеллектуальные, медийные люди. Эти люди привлекаются на грантовой основе западными структурами. Значительная часть и центральных СМИ, и часть областных медиа Казахстана также находятся в многолетних отношениях с различными западными структурами. Это не обязательно Сорос, это и институты обеих американских партий, и Human Rights. Начиная от посольства Голландии, заканчивая австралийским посольством, все имеют определённые грантовые программы. У кого-то больше, у кого-то меньше».

Кстати, о Соросе. Его структуры в Казахстане еще в 2015 г. подготовили обстоятельный доклад, в котором рекомендуется «продвижение казахского национализма в качестве культурного концепта. Необходимо с помощью художественных и документальных фильмов, а также театральных представлений укреплять казахскую идентичность и возрождать историческое самосознание. Нужно популяризировать огромный культурный пласт народного самосознания». Только почему-то это «самосознание» непременно оказывается антисоветским и антироссийским, к которому в последнее время приобщили и китаефобию.

Невольно возникает впечатление, что именно этими рекомендациями руководствуется власть, продвигая националистов по карьерной лестнице, финансируя наряду с западными фондами «культурные и исторические» мероприятия с откровенно нацистским душком, переименовывая улицы, навязывая силой казахский язык и принуждая многонациональный народ Казахстана к ассимиляции.

Политика крайне рискованная, поскольку национализм невозможно удержать в цивилизованном русле. В. Янукович на Украине уже пробовал. Неплохо бы и представителям официального Нур-Султана приглядеться к его судьбе.

Фёдор Колосков, по материалам: Ритм Евразии

Добавить комментарий