QUAD: выморочный альянс под водительством англосаксов

Эфемерная общность интересов США, Австралии, Японии и Индии едва ли тенет на формирование крепкого союза

9 февраля, на фоне несмолкающей истерии в западных СМИ вокруг мифического «вторжения России на Украину» и через пять дней после совместного заявления Китая и России, принятого в Пекине по итогам встречи Владимира Путина и Си Цзиньпина, в австралийском Мельбурне встретились министры иностранных дел так называемого «Четырёхстороннего диалога по вопросам безопасности» (известного также как «квартет», или QUAD), включающего США, Австралию, Индию и Японию. Будучи первоначально учреждённым ещё в 2007 году, он «возродился» через 10 лет, при администрации Трампа, антикитайские усилия которого продолжил Джо Байден.

Участники Quad

Организовавшие встречу в Мельбурне помощник госсекретаря по делам Восточной Азии и Тихоокеанского региона Госдепа США Дэниел Дж. Критенбринк и министр иностранных дел Австралии Марис Пейн не особо скрывали неоригинальную «повестку дня» встречи – «вызовы» со стороны Китая и России, неубедительно камуфлируемую «сотрудничеством в области гуманитарной помощи и ликвидации последствий стихийных бедствий». Явно неслучайное планирование министерской встречи QUAD именно в разгар украинского кризиса и обострения напряженности между США и Россией полностью соответствует антикитайским устремлениям Вашингтона. Возможно, речь идёт о некоем сигнале об имеющейся у него возможности противостоять Пекину и Москве одновременно, предполагает индийский внешнеполитический аналитик, отставной дипломат М. Бхадркумар. Вероятно, в США надеялись, что подобного рода импульсы получат отклик в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где многие отказываются занимать чью-либо сторону в нарастающем противостоянии между США и Китаем.

Предположительно, госсекретарь США Энтони Блинкен отправился в Австралию с планом убедить QUAD присоединиться к разработанной Госдепом стратегии «двойного сдерживания». Взаимная поддержка друг друга Москвой и Пекином в значительной степени меняет «правила игры», в одностороннем порядке диктуемые американцами и их верными сателлитами.

Сообщается, что в Мельбурне Блинкен призвал партнеров по QUAD отстаивать основанную на «правилах» систему, которой угрожает «китайская агрессия», и предупредил, что «вторжение» России в Украину может произойти в любой момент. В ответ на это министр иностранных дел Японии Ёсимаса Хаяси рассказал о «серьезной озабоченности» по поводу наращивания российской военной мощи, в то время как Пейн заявил, что «наращивание российской военной мощи на границе с Украиной глубоко обеспокоило» обитателей страны кенгуру.

Вместе с тем, интересен де-факто отказ ввязываться в обсуждение «российской темы» главы внешнеполитического ведомства Индии Субраманьяма Джайшанкара, выразившего также несогласие с санкционной политикой Вашингтона по отношению к Мьянме. Как ближайшему соседу бывшей Бирмы, Индии необходимы рабочие отношения с её военным режимом, прежде всего – в сфере безопасности.

Если ранее американцы были склонны считать С. Джайшанкара едва ли не «крёстным отцом» QUAD, то сегодня Индия, да и не только она, всё более сомневается в последовательности и адекватности внешнеполитического курса США в регионе. Вплоть до парламентских выборов 2024 года правительство Нарендры Моди будет озабочено прежде всего «пост-пандемическим» восстановлением экономики, чему политика администрации Байдена, мягко говоря, вовсе не способствует. Напряжённость в отношениях между Китаем и Индией необходимо держать под контролем, в то время как в Вашингтоне, напротив, полны решимости всячески разжигать пламя ненависти между двумя крупнейшими по населению государствами Евразии.

Тем не менее, в опубликованной практически синхронно с саммитом в Австралии «Индо-Тихоокеанской» стратегии администрации Байдена содержится восторженная характеристика Индии как «единомышленника» Америки, лидера в Южной и Юго-Восточной Азии, ключевого фактора «регионального роста и развития». Американцы полагают, что подобного рода формулировки вызовут раздражение в Пекине. В то же время учитывая заявленные администрацией Байдена планы укрепления QUAD как ведущего альянса для «Индо-Тихоокеанского региона», подобного рода расшаркивания видятся весьма логичными. «Наша задача – не изменить Китай, а изменить стратегическую среду, в которой он действует, создав баланс влияния в мире, который максимально выгоден для Соединенных Штатов, наших союзников и партнеров, а также интересов и ценностей, которые мы разделяем», – говорится в американской стратегии, разработчики которой полагают возможным стремиться к совместной работе с Пекином там, где это выгодно США.

Окончательный текст принятого в Канберре совместного заявления никоим образом не касался Украины – местные СМИ объяснили данное обстоятельство целиком и полностью позицией индийской стороны. На совместной итоговой пресс-конференции Джайшанкар резко отмахнулся от соответствующего вопроса, в то время как Пейн и Блинкен не упустили возможности в очередной раз осудить мифическую «российскую агрессию».

Попытки сколотить QUAD Plus путём заманивания туда Южной Кореи и Вьетнама, не увенчались успехом, отмечает М. Бхадркумар. Непрочный характер альянса обусловлен наличием у каждого из её участников собственных расчётов и ожиданий от его деятельности. Официальные лица в Нью-Дели рассматривали встречу в Канберре как возможность «рассмотреть текущее сотрудничество QUAD и опираться на позитивную и конструктивную повестку дня… для решения современных проблем, таких как пандемия COVID, цепочки поставок, критически важные технологии (и) изменение климата». В последние год-два стали появляться признаки стремления Индии «деполитизировать» своё членство в QUAD с тем, чтобы её антикитайская «оптика» не вызывала бы ненужного недовольства в Пекине, осложняя совместные усилия по урегулированию напряжённости на границе. Стремясь потеснить Пекин на региональной авансцене, в Нью-Дели всячески избегают участи превращения в геополитический инструмент в антикитайской игре Вашингтона. Отсюда, видимо, происходит и стремление особо не затрагивать в Канберре «китайскую» тему, за исключением некоторых инвектив Блинкена и Пейна. В то же время, объявленное намерение «четвёрки» углублять взаимодействие с региональными партнёрами для наращивания их потенциала по охране своих исключительных экономических зон явно направлено на противодействие намерению Пекина «создать бесспорную сферу влияния в Индо-Тихоокеанском регионе». Развитие ресурсов береговой охраны, обмен информацией, обеспечение «свободы судоходства» и помощь в борьбе с незаконным рыболовством может оказаться привлекательным для Вьетнама или Индонезии (неформальный лидер АСЕАН, занимающей по отношению к «квартету» в лучшем случае выжидательную позицию), опасающихся вступать в антикитайскую коалицию, имеющие территориальные и «ресурсные» споры Пекином.

По сути, QUAD ещё только предстоит зарекомендовать себя в качестве дееспособного механизма, способного создать сколь-либо реальную альтернативу региональным усилиям Пекина, и не факт, что это получится. Например, с некоторых пор прекратились совместные военные учения. Насколько можно понять, немалые надежды с некоторых пор возлагаются на некую концепцию индо-тихоокеанского экономического сотрудничества (Indo-Pacific Economic Framework, IPEF), о которой Джо Байден объявил в октябре 2021 года во время «Восточноазиатского саммита». По мысли американского лидера, IPEF определит общие цели в отношении упрощения процедур торговли, стандартов цифровой экономики и технологий, устойчивости цепочек поставок, декарбонизации и «чистой» энергии, инфраструктуры, стандартов и других вопросов, представляющих взаимный интерес.

Впрочем, несмотря на попытки поднять по этому поводу некоторый ажиотаж, IPEF видится ещё одним «приводным ремнём» для продвижения «Индо-Тихоокеанской» стратегии Белого Дома в экономической сфере, нацеленной на исключение Китая из цепочек поставок, блокирование доступа Пекина к высоким технологиям. Помимо соображений геополитического соперничества, во многом подобный подход диктуется отсутствием Америки в сколь-либо крупных региональных торговых соглашениях.

В 2018 году министр иностранных дел Китая Ван И сравнивал QUAD с морской пеной в Тихом или Индийском океане, способной привлечь некоторое внимание, но обречённой на рассеяние. Видимо, всё же это была несколько преждевременная оценка, и для «квартета»-таки нашлась некоторая, пусть и довольно ограниченная ниша. По мнению М. Бхадркумара, отсутствие в принятом в Канберре совместном заявлении сколь-либо значимой содержательной части вовсе не означает тихого «отмирания» QUAD за ненадобностью: как это ни парадоксально, ни один из четырёх партнёров не может обойтись без данного формата, выполняющего роль «зонтичной» структуры с неофициальными консультациями участников «за закрытыми дверями». И всё-таки, деятельность QUAD не особо вяжется с духом времени. Одновременно с посиделками в Канберре стало известно о виртуальном саммите Европейского Союза и Китая, который предполагается провести 1 апреля с участием Председателя КНР Си Цзиньпина и премьер-министра Ли Кэцяна. Цель формата QUAD – сдерживание Китая и сохранения гегемонии США, не сомневаются в Пекине: «Соответствующие страны должны полностью отказаться от устаревшего менталитета времен “холодной войны”, исправить ошибочную практику поощрения блокового противостояния и геополитических игр и сыграть конструктивную роль в обеспечении мира и стабильности в Индо-Тихоокеанском регионе».

Дмитрий Нефёдов

Одна мысль о “QUAD: выморочный альянс под водительством англосаксов

  1. Россия поддерживает экономику Японии поставками: металы, руда, нефть, нефтепродукты, древесина, рыба,драг камни, и др… Соответствено покупаем от туда поддерживая оттуда продукцию изготовленную из того, что поставили… МОжет пора что-то меныть

Добавить комментарий