Каким должен быть «огневой вал» артиллерии в эпоху сетецентрических войн?

Фото: REUTERS

31 мая, в последний день весны, Ричард Хаас, президент американского Совета по международным отношениям, провёл совещание с целью понять, что происходит в военном конфликте на Украине.

Периодически наведывавшийся в Москву Хаас – один из наиболее авторитетных аналитиков США, позиция которого во многом сходна с точкой зрения Генри  Киссинджера, полагающего, что продолжающийся конфликт между Россией и Украиной может изменить мир не в пользу стран Запада. «Стороны должны быть привлечены к мирным переговорам в течение следующих двух месяцев. Иначе мы столкнемся с ситуацией, когда Россия может полностью разорвать свои связи с Европой и искать постоянного союза в другом месте. Это отбросит нас на десятилетия назад. Мы должны стремиться к долгосрочному миру»,заявил ветеран американской дипломатии в своем выступлении на Всемирном экономическом форуме в Давосе.

Заместитель Киссинджера, вице-президент Kissinger Associates Томас Грэм написал серию статей, в которых призывает к достижению компромисса с Россией и учету ее интересов. Томас Грэм считает возможным дипломатическое урегулирование украинского конфликта даже после начала спецоперации России на Украине.

Ричард Хаас считает, что США «нужно иметь дело с той Россией, которая у нас есть, а не с той, которую мы бы предпочли видеть». По его мнению, Запад должен тщательно обдумать свои военные цели и способы их достижения: «Цель должна заключаться в том, чтобы Украина контролировала всю свою территорию, но это не обязательно оправдывает попытки освободить Крым или даже весь восточный регион Донбасса военной силой. Некоторые из этих целей целесообразнее достичь с помощью дипломатии и выборочного ослабления санкций».

Открывая прошедшее 31 мая совещание, Хаас обратился к его участникам с вопросом: «Чем может закончиться война на Украине?»

Оставив за бортом нашего внимания довольно долгую дискуссию, я выделю ответ Хаасу бывшего главы европейского командования США генерала Стивена Твитти: «Я думаю, что война на Донбассе начинает поворачиваться в пользу русских… Они собрали там всю свою артиллерию и действуют ей как в Мариуполе, и так продвигаются вперед… У России чертовски больше боевой мощи, чем у украинцев…И поэтому украинцы никогда не уничтожат или не победят русских… И еще я скажу тебе, Ричард, у украинцев никогда не будет достаточной боевой мощи, чтобы выгнать русских с Украины».

Промежуточную точку в дискуссии поставил старший научный сотрудник Совета по международным отношениям, бывший специальный помощник президента и старший директор по европейским делам Совета национальной безопасности (2014-2017 годы), профессор Чарльз Капчан. «Я думаю, что территориальные вопросы в какой-то степени будут решаться на поле боя, а не за столом переговоров».

Итак, участники совещания в одном из самых влиятельных и авторитетных американских аналитических центров пришли к выводу, что причина успеха союзных войск России и республик Донбасса заключается в массированном применении полевой артиллерии. Они также констатировали, что именно на поле боя будет решена судьба Украины.

Таким образом, в третьем десятилетии XXI века в ходе военного конфликта высокой интенсивности между вооруженными силами России и её союзников с армией Украины, которую поддерживают вооружением и разведданными США и НАТО, выяснилось, что решающую роль в боевых действиях играет всё тот же, что и в прежние века, Бог войны – артиллерия. А также то, что «шверпунктом» (стратегическим приоритетом) в организации наступления ВС РФ является тот самый «Огневой вал» (Feuerwalze), который впервые применили немцы весной 1918 г. (с локальным успехом), а затем – Красная армия весной 1945 г., когда массированное применение советской артиллерии сокрушило боевую мощь вермахта.

Конечно, разница между ситуацией в 1945 и 2022 гг. весьма значительна.

На втором этапе Великой Отечественной войны, когда Красная армия пошла вперёд, огромное значение приобрело максимальное сосредоточение артиллерии на участках прорыва, что являлось важнейшим условием успешного наступления. Наше контрнаступление под Сталинградом началось с массированной артподготовки 19 ноября 1942 года, когда на один километр фронта было сосредоточено более 100 орудий. В последующих операциях эта плотность только увеличивалась и в Берлинской достигала почти 300 стволов на км фронта. Как говорил маршал Москаленко: «При двухстах орудиях на километр фронта о противнике не спрашивают, а только доносят, до какого рубежа дошли наши наступающие части».

Современная артиллерия нисколько не утратила своей роли основной огневой и ударной силы сухопутных войск. Тенденции ее развития – самоходность, скорострельность, широкое применение управляемых боеприпасов и новейших электронных систем управления огнем. Нынешние артсистемы способны наносить и тактические ядерные удары.

Сейчас ни у одной армии мира нет такого количества артиллерии, как у РККА в конце ВОВ. Поэтому для успешного применения тактики «огневого вала» ключевую роль играет наличие лёгкой артиллерии, которая могла бы сопровождать наступающую на первую линию обороны противника пехоту для подавления выживших после нашего артудара огневых точек противника. 

Известный еще по 2014 году ополченец Донбасса Андрей Морозов (Бойцовый кот Мурз) пишет, что «по-прежнему и наступление, и оборона строятся вокруг артиллерии – пушек, миномётов и РСЗО. И способность прорывать оборону противника артиллерией в наступлении состоит из двух наиболее важных способностей – способности сопровождать огнём пехоту в тесном взаимодействии с этой пехотой “в реальном времени” и способности вести полноценную артразведку и контрбатарейную борьбу как до начала прорыва, так и в процессе».

В «наполеоновских войнах» козырным тузом французской армии были инновационные пушки Грибоваля, которые легко перемещались по полю боя конной тягой.

В Первую мировую войну немцы зачастую переделывали трофейные русские «трехдюймовки» для того, чтобы иметь портативную пушку на поле боя, потому что с артиллерией поддержки, работавшей с закрытых позиций, командиры штурмовых групп «могли изъясняться только сигнальными ракетами – кабель полевого телефона, кинутый просто по земле, быстро рвало осколками».

Сейчас в российских социальных сетях наблюдается дискуссия между находящимся в боевых порядках донецкой пехоты Александром Ходаковским и донецким военкором и артиллеристом Станиславом Варгом.

Это конструктивная дискуссия, как отмечает Мурз. Желательно, чтобы к мнению бойцов, находящихся на линии огня уже восемь лет, прислушались в российском Генштабе.

При всех сложностях ситуации на театре военных действий, которые проистекают в основном из-за масштабной поддержки противника вооружениями и разведданными США и НАТО, российская армия обладает стратегической инициативой и ведёт наступление. Приходится констатировать, что концепция сетецентрической войны и единого цифрового информационного поля, которая была «шверпунктом» (стратегическим приоритетом) армии США в последние годы, опровергается на полях сражений на Донбассе и в Новороссии.

В ходе состоявшегося накануне брифинга с премьер-министром Финляндии даже такой одиозный персонаж, как генеральный секретарь НАТО Столтенберг, завуалированно намекнул на возможные территориальные уступки со стороны марионеточного киевского режима: «Мир на Украине возможен. Вопрос лишь в том, какую цену вы готовы заплатить за этот мир. Насколько готовы пожертвовать территорией, независимостью, суверенитетом, свободой и демократией. И это очень сложная моральная дилемма». В любом случае, чем убедительнее будет военный результат специальной военной операции, тем быстрее будут таять шансы англосаксов и примкнувших к ним европейцев нанести России геополитическое поражение.

Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук

Добавить комментарий