Россия – Иран: перспективы и «подводные камни» сотрудничества

Санкционная истерия запада выводит Москву и Тегеран на устойчивую траекторию взаимодействия

Прошедшие 19 июля в Тегеране российско-иранские переговоры отмечены подписанием Меморандума о сотрудничестве между «Газпромом» и Национальной иранской нефтяной компанией. По словам Генерального директора NIOC Мохсена Ходжастемехра, речь идёт о крупнейшей иностранной инвестиции в истории нефтяной промышленности Ирана. Подписан документ о разработке газового месторождения «Киш» и разработке газового месторождения «Северный Парс» в Персидском заливе. Предполагаемая общая сумма инвестиций – до 40 млрд. долл. (почему-то оценки приводятся именно в этой валюте), из которых 10 млрд пойдёт на модернизацию инфраструктуры, что позволит довести производство газа до 100 млн кубометров в сутки. Кроме того, структурами «Газпрома» будут разрабатываться и 6 нефтяных месторождений Ирана. Обсуждаются двусторонние сделки по своп-контрактам, российским инвестициям для завершения иранских СПГ-проектов. «Министерство нефти Исламской Республики Иран предусматривает в течение 4-8 следующих лет инвестировать 145 млрд долл. в развитие добычи и переработки нефти. Поэтому мы приветствуем зарубежных инвесторов, особенно из дружественных стран, таких как Россия, для реализации соответствующих проектов. Помимо развития нефтяных и газовых месторождений в Иране, нефтехимическая отрасль также, будучи лидирующей отраслью, готова к привлечению инвестиций и реализации совместных проектов с российскими компаниями», – рассказал в интервью ТАСС посол ИРИ в Москве Казем Джалали. Можно предположить, что иллюзии относительно возвращения на иранский энергетический рынок западных компаний окончательно развеялись…

Как отмечают иранские эксперты, позитивное в целом взаимодействие Москвы и Тегерана в Сирии способствовало его выходу на «новые горизонты» и по другим направлением за рамками военно-политической сферы. Конечно, немало и скептиков, отрицающих партнёрство между Ираном и Россией как таковое, указывая, в частности, на саботаж со стороны банков и на «печальную» историю оружейных сделок и межгосударственных контрактов. Рост двусторонней торговли до 4 млрд. долл. в 2021 г., тем не менее, примерно в три раза уступает торговле Ирана с Ираком и пости в 12 раз – торговле Ирана с Турцией. Рост в 2021 году российского экспорта в Иран в значительной степени приходится на зерно, в то время как в обратном направлении идёт больше фруктов и орехов. Хотя торговля продуктами питания важна, но она не вполне соответствует логике преодоления санкционного давления, так как растёт она именно потому, что банковские «рогатки» здесь не действуют. Реальное же сопротивление санкциям требует более глубокого промышленного сотрудничества – и здесь показатели более чем скромные. В прошлом году Россия экспортировала в Иран машин и транспортных средств на сумму около 115 миллионов долларов, в то время как в обратном направлении – менее чем на 15 миллионов долларов.

Январский визит в Москву Президента ИРИ Ибрахима Раиси, продвижение к подписанию долгосрочного «стратегического» соглашения стимулировали более широкое экономическое сотрудничество, долгие годы действительно не слишком впечатляющее. Вынужденное же начало специальной операции на Украине и последовавший вал антироссийских санкций ещё более повысили важность для Москвы крупнейшей страны региона. Иран мог бы предложить России помощь в обходе санкций, а также стремится укрепить двустороннее военно-техническое сотрудничество. Как отмечает Asia Times, возможная прибыль от продажи беспилотников и возможного их лицензионного производства в России будет содействовать диверсификации экономики Ирана, усиливая его устойчивость к западным санкциям. Ни Москва, ни Тегеран не признают никаких ограничительных мер относительно друг друга (и – если на этот счёт имеется какая-то двусмысленность – то она должна быть незамедлительно устранена), вполне обоснованно полагая, что более широкое практическое взаимодействие будет способствовать смягчению остроты внешнего давления ко взаимной выгоде.

Долгосрочное сотрудничество Ирана и России идёт на пользу обеим странам, заявил по итогам встречи с Владимиром Путиным Верховный лидер Исламской революции, аятолла Али Хаменеи. Многочисленные соглашения и меморандумы, согласованные либо разрабатываемые, необходимо поставить на контроль и довести до конца. То же самое касается и международного мультимодального транспортного коридора «Север – Юг» как перспективной альтернативы кружному морскому пути через беспокойный Баб-эль-Мандебский пролив, Суэцкий канал и контролируемый НАТО Гибралтар. Надо надеяться, что строительство недостающего 35-километрового участка железной дороги между Астарой-иранской и Астарой-азербайджанской завершится уже в ближайшее время.

Учреждаемые в Тегеране и Санкт-Петербурге торговые центры призваны способствовать расширению двусторонних связей в энергетическом, транспортном, электронном, сельскохозяйственном, пищевом, фармацевтическом, строительном секторах. «В прошлом Иран получал значительную часть необходимого ему зерна из стран Южной Америки и других стран, а Россия считалась второстепенным источником. С 2021 года мы изменили этот процесс, и Россия стала основным источником поставок зерна и кормов для животных в Иране. В прошлом году Иран импортировал из России более 8 миллионов тонн зерна и кормов для животных», – сообщил К. Джалили. Располагая стабильными стратегическими запасами, и постоянно поддерживая импорт продовольствия, Иран пока не испытывает его дефицита. Ежегодно в стране производится «более 130 миллионов тонн различной сельскохозяйственной продукции, и около 10 миллионов тонн из них экспортируется за рубеж. Большая часть экспортируемой из Ирана сельскохозяйственной продукции – это фрукты, зелень, бобовые, рис и зерно. Иран производит значительную часть продуктов, необходимых для внутренних нужд, таких как рис, зерновые и бобовые».

Первый железнодорожный состав отправился из подмосковного Чехова 27 июня и преодолел 3800 километров до станции Серхас на туркмено-иранской границе, а затем – ещё 1600 до порта Бендер-Аббас на Аравийском море. Транзит грузов через Иран увеличился в последние годы благодаря значительному расширению его железнодорожной сети. Стране, сталкивающейся с санкционной обструкцией США, это даёт дополнительные экономические и политические выгоды. Транспортное ведомство Ирана планирует увеличить транзитный грузооборот с нынешних 20 до 30 млн тонн в год, что стало возможным после согласия Москвы увеличить транзит по МТК «Север-Юг» на те самые 10 млн. тонн. Попытки западных аналитических центров и отдельных исследователей противопоставить российско-ирано-индийский проект китайскому «Поясу и пути» отражают геополитическую логику англосаксов в Евразии, традиционную линию на противопоставление Москвы, Нью-Дели и Пекина.

Наряду с переправой между берегами Каспия, железные и автомобильные дороги по его западному и восточному берегам могут оказаться вполне востребованными вследствие роста торговли Ирана с Россией и с другими участниками Шанхайской Организации Сотрудничества. Согласно недавнему заявлению представителя таможенной администрации Рухоллы Латифи, экспорт «ненефтяной» продукции в государства-члены ШОС во втором квартале 2022 года составил 5,5 млрд. долларов – на 20 % больше, чем в 2021 году. Соответственно, импорт составил 4,34 млрд. долларов – 41 % больше, чем в прошлом году. Крупнейшим (но при этом далеко не единственным и не безальтернативным) торгово-экономическим партнёром Ирана является Китайская Народная Республика. В то же время, после визита в Нью-Дели министра иностранных дел ИРИ Хосейна Амира Абдоллахиана Центральный банк Индии согласовал импортные и экспортные платежи в рупиях. В июне в Тегеране побывал президент Казахстана Касым-Жомарт Тоакев: лидеры двух государств приняли участие в церемонии открытия сквозного железнодорожного сообщения из Казахстана в Турцию через территории Туркменистана и Ирана.

Большая экономическая связность в «сердце Евразии» обуславливает и качественно иной уровень политического взаимодействия, что, способствуя преодолению факторов конкуренции. Ожидается, что в ходе встречи глав государств ШОС в середине сентября в Самарканде Иран подпишет меморандум об обязательствах в качестве полноправного члена объединения. Мягко говоря, далеко не все этим довольны, а потому – очередная эскалация военной напряжённости на Ближнем Востоке вполне вероятна. Как показывает пример Украины, адепты «либерального международного порядка, основанного на правилах» не отступятся от своих разрушительных планов так просто. Однако альтернативная система макрорегиональной безопасности и торгово-экономических связей – насущная необходимость, постепенно пробивающая себе дорогу.

Дмитрий Нефёдов

Добавить комментарий