Турция – Сирия: подоплёка и громкое эхо призыва к примирению

Фото: REUTERS

Поворот к прагматизму в сирийской политике или тактическое маневрирование Анкары?

11 августа министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу выступил с весьма примечательным заявлением, которое может отражать существенные сдвиги в позиции Анкары по «сирийскому вопросу»: «Чтобы предотвратить расчленение, в Сирии должна быть сильная администрация… Нам нужно каким-то образом свести оппозицию и режим для примирения, иначе постоянного мира не будет». Вместе с тем,вопрос о встрече президентов Реджепа Эрдогана и Башара Асада, о возможности которой после недавней встречи турецкого лидера с Владимиром Путиным в Сочи рассуждает местная пресса, не рассматривается: о контактах с Дамаском «не может быть и речи». «У нас таких планов нет. Наш президент уже отвечал на этот вопрос. Долгое время Путин и российские официальные лица хотели, чтобы Асад и наш президент встретились. Наш президент заявил, что контакты между спецслужбами будут полезны». К настоящему времени известно о нескольких неофициальных встречах директора Национальной разведывательной организации (MIT) Турции Хакана Фидана и главы Бюро национальной безопасности САР генерал-майора Али Мамлюка. Как пишет «Независимая Газета», если ранее «посредником в таких переговорах называли Россию, то сейчас турецкие издания утверждают, что к процессу подключились и некоторые государства Персидского залива. Не исключено, что речь идет об Объединенных Арабских Эмиратах (ОАЭ), которые за последние годы успели восстановить диалог как с Асадом, так и с Эрдоганом».

Ранее на пресс-конференции в кулуарах конференции послов Турции М. Чавушоглу упомянул о своём «коротком разговоре» с сирийским коллегой Фейсалом Микдадом «на полях» встречи Движения неприсоединения в Белграде в октябре 2021 года, что стало первой встречей глав внешнеполитических ведомств двух стран после 2011 года. Ссылаясь на близкие к МИДу Турции источники, агентство Regnum пишет о появившемся в кулуарах правящей «ПСР» секретном плане нормализации турецко-сирийских отношений, способном стать «единственным ресурсом, позволяющим партии и самому Эрдогану выиграть выборы в 2023 году». Предполагается, в частности, сокращение поддержки Турцией сил «сирийской оппозиции» и отказ от курса на изоляцию официального Дамаска в обмен на признание им курдских формирований террористическими на начало с ними совместной борьбы. Ведущая роль в реализации плана якобы отводится турецкой разведке и МИДу, которые должны подготовить для сторон «надёжные гарантии безопасности».

Даже если наличие такого плана подтвердится, свернуть с прежних рельсов будет весьма непросто. Само по себе новаторское в устах главы турецкой дипломатии, предложение о наведении мостов к перемирию, вполне  взвешенное и адекватное, незамедлительно отозвалось громким взрывом возмущения в подконтрольных «оппозиции» районах «Большого Идлиба». Ещё 9 августа, в социальных сетях появилась информация о намерении главарей группировки «Ахрар аш-Шаркыйя» из состава «сирийской национальной армии» вывести своих боевиков с турецких блокпостов в районе операции «Источник мира» и прекратить общение с официальными лицами Анкары. Причина – сближение турецкого руководства с «режимом Асада». Слухи пришлось опровергать некоему Зиаду Аль-Халафу, члену политбюро «Движения за освобождение и созидание», в состав которого входит группировка.

Против примирения с «режимом Асада» выступили практически все идлибские «фракции». Уже вечером того же дня протестующие под флагами «СНА» и лозунгами «Никакого примирения, революция продолжается», «Смерть, а не унижение» и т.п. начали срывать турецкие флаги со зданий, включая полицейские участки и офисы местной «администрации». Сообщается, что личный состав турецкого контингента в Сирии приведён в состоянии повышенной боеготовности.

На следующий день,12 августа, манифестации продолжились в Азазе, Эль-Бабе, Африне и в других районах проведения операций «Оливковая ветвь», «Источник мира», «Щит Евфрата», в «Большом Идлибе» и на севере Алеппо. По данным лондонской «обсерватории по правам человека», акции протеста охватили более в 30 поселений на севере и северо-западе страны. Многие прикомандированные к местным «органам власти» турецкие советники не вышли на работу. Видимо, в попытке погасить страсти появилось заявление официального представителя МИД Турции Танжу Бильгича с напоминанием об усилиях Анкары по сохранению режима прекращения огня в Сирии и ведущей роли Турции в создании конституционного комитета в рамках процессов в Астане и Женеве. «Причиной отсутствия продвижения на переговорах по политическому урегулированию в Сирии на данный момент является деструктивная позиция режима Башара Асада. На это накануне указал глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу», – отметил дипломат. Редакция агентства Anadolu откорректировала слова министра, изменив формулировку «заключение мира между правительством и оппозицией» на «заключение соглашения».

При этом не следует забывать, что подконтрольные «СНА» и запрещённой в России группировке «Хайят Тахрир аш-Шам» полностью зависят от северного соседа в военно-политическом и экономическом отношении. Опасения террористов понятны, пишет Directorate4: «годами они зарабатывали на контрабанде топлива, оружия и людей, занимались вымогательством, заказными убийствами и рейдерскими захватами бизнеса. А теперь, при благоприятном развитии ситуации боевики могут постепенно лишиться возможности “заработка”, спонсорских денег и вооружения Анкары». Как представляется, настроения «широких народных масс» Идлиба и северного Алеппо в достаточной степени контролируются турецкими спецслужбами, и едва ли нынешние протесты примут более широкий размах. Более того, в какой-то мере они могут оказаться спектаклем, призванным обосновать необходимость усиления турецкого военного присутствия на севере Сирии. Выступая 9 августа на вышеупомянутой конференции послов, министр обороны Хулуси Акар заявил о том, что под предлогом защиты 9 миллионов сирийцев Турция прибегает к трансграничным военным операциям, чтобы защитить себя от «террористических организаций», будучи при этом не заинтересованной в захвате земель других стран. Днём ранее президент Эрдоган в очередной раз подтвердил решимость соединить «безопасные зоны» на севере Сирии, установив 30-километровый «пояс безопасности» по линии южной границы. Одновременно усиливаются координируемые беспилотниками артиллерийские обстрелы контролируемых «Сирийскими демократическими силами» северо-восточных районов. Кроме того, 11 августа стало известно о гибели в Камышлы в результате удара турецкого беспилотника одного из лидеров действующей в Иране «Партии свободной жизни Курдистана» (PJAK) Юсефа Мохаммеда Раббани.

Как мы неоднократно писали ранее, планы очередного военного вторжения на север Сирии по-прежнему не встречают восторга ни в Москве, ни в Вашингтоне, ни в Брюсселе, ни в Тегеране, ни в стане турецкой оппозиции. В частности, российская сторона выступает за прямые турецко-сирийские переговоры, поддерживая непростой диалог с Анкарой на самых разных уровнях. По утверждению источников издания Asharq Al-Awsat, в координации с российскими силами турецкие части выведены из поселений Харекли и Таннуз в районе Тель-Абъяд. Вероятно, в соответствии с имеющимися договорённостями, их заменят россияне и сирийцы. Не исключено и дискутирование Москвой и Анкарой возможного обновления «Аданского соглашения» 1998 года применительно к новой военно-политической реальности. Вполне естественно, что на эту информацию откликнулось руководство автономной «Рожавы» (курдская администрация северо-востока Сирии). В заявлении внешнеполитического департамента региона говорится, что Аданское соглашение и ему подобные документы должны разрабатываться с участием всех сторон. По мнению некоторых курдских политиков, гипотетическая нормализация сирийско-турецких отношений несёт опасность для поддерживаемого американцами де-факто автономного образования.

Скорее всего, заявления М. Чавуошглу  свидетельствуют о некоем новом этапе маневрирования и политико-дипломатических торгов вокруг сирийского вопроса в рамках российско-турецких договорённостей, полагает российский тюрколог Владимир Аватков: «Турция, понятное дело, за целостность территорий, если речь идёт о вероятном их захвате курдским меньшинством. Больше всего на свете Анкара боится формирования курдских анклавов, или ещё пуще — образования Курдистана на приграничных с ней территориях. Но что если бы речь шла, предположим, о федерализации Сирии и формировании зон влияния? Или же вообще, если кто-нибудь с лёгкой руки отдал бы Турции богатые нефтью северные регионы арабской страны? Тоже бы кричала о целостности и отказалась с возгласом „нам чужого не нужно“?»

«Вслед за Египтом, Израилем, ОАЭ и Саудовской Аравией настала очередь Асада», – пишет 13 августа оппозиционное издание Karar. Одновременно турецкие деловые СМИ пишут о притоке «горячих» денег из России, в количестве, как отмечает Telegram-канал «Турция – это», заведомо превышающем текущие потребности проекта “Аккую”». И далее: «С точки зрения российско-турецких межгосударственных отношений, получается, что самое важное, что президент Реджеп Тайип Эрдоган привёз из встреч с российским коллегой в Тегеране и в Сочи – это деньги, которые сейчас важны как никогда, в преддверии всеобщих президентских и парламентских выборов 2023. Россия не отказала, учтя, разумеется, и свои интересы, которые не ограничиваются лишь только “Аккую”…» Конечно, говорить о принципиальном развороте турецкого руководства к более взвешенному внешнеполитическому курсу в «сирийском вопросе» пока явно не приходится. Вместе с тем, активный характер российско-турецких отношений и диверсификация двусторонних контактов будут способствовать смещению акцентов в политике Анкары, причём, возможно, не только в публичной риторике. Впрочем, это тот случай, когда правильнее подождать конкретных шагов и практических действий, либо же убедиться в их отсутствии. Что же касается протестов обеспокоенных своим неопределённым будущим идлибских боевиков и части сотрудничающего с ними гражданского населения, то в случае необходимости у турецких властей найдутся для них убедительные аргументы.

Андрей Арешев

Добавить комментарий