В случае роста цены на российский газ Армения может повысить арендную плату за размещение российской военной базы, рассказал недавно глава парламентской комиссии по вопросам обороны и безопасности Национального Собрания Вилен Габриелян. По словам парламентария от правящей партии «Гражданский договор», пересмотр финансовых условий обсуждаться в ходе диалога между Ереваном и Москвой, так как значительная часть расходов на территорию и обслуживание базы приходится на страну пребывания: «Если цена на газ должна быть повышена, то мы тоже должны понимать, какой инструментарий у нас есть в переговорном процессе с партнерами, чтобы максимально сдержать повышение». По словам Габриеляна, возможное повышение платы за базу не является единственным рычагом, который может использовать Ереван в переговорах с Москвой.
Напомним, согласно ст. 19 Договора между Арменией и Россией о российской военной базе от 16 марта 1995 г. финансовое обеспечение базы осуществляет Российская Федерация. В то же время, часть расходов на её содержание несёт Республика Армения. По статье 20, страна пребывания обеспечивает российскую военную базу электроэнергией, водой и другими видами коммунально-бытового обслуживания.
Вряд ли этого не знает господин Габриелян и несёт отсебятину. Ранее в ходе одного из недавних брифингов премьер-министр Никол Пашинян недвусмысленно намекнул, что если Россия поднимет цены на газ, то он найдет ответный ход в виде телодвижений вокруг действующего до 2044 года Договора о дислокации на территории Республики Армения российской военной базы, либо же в виде требования материальной компенсации за её пребывание. Как и следовало ожидать, сомнительные эскапады Пашиняна не остались без ответа в Москве. «Если Армения считает, что российская база Армении не нужна, мы уйдем хоть завтра. Но Армения к этому готова? Пожалуйста», – прокомментировал ситуацию Президент России Владимир Путин, отметив, что Россия желает лучшего для жителей кавказской страны и будет опираться в этом вопросе на волю населения: «Если армянский народ хочет, чтобы там было какое-то российское военное крыло рядом, то мы останемся, будем работать».
«По военной базе обсуждений не было. Мы никогда за этот период не поднимали этот вопрос. И не так, что считаем, что присутствие 102-й военной базы на территории в Армении жизненная необходимость», – изложил свою версию Никол Пашинян, добавив, что в Ереване не будут возражать при решении Москвы вывести свою военную базу, но если выразят желание остаться, то власти Армении готовы это обсудить, надо полагать, не без выгоды для себя.
По-видимому, данный вопрос будет затрагиваться в ходе будущих переговоров Никола Пашиняна в Москве, предварительные договорённости о которых были достигнуты 1 сентября в Бишкеке. Можно предположить, что ясности относительно сроков и повестки возможной встречи станет больше по итогам рабочей поездки в Ереван генерального директора «Росатома» Алексей Лихачёва. В Москве не скрывают заинтересованности в продолжении сотрудничества с Ереваном в сфере атомной энергетики, включая строительство новой АЭС, способной удовлетворить потребности республики, по словам директора Четвёртого департамента стран СНГ МИД РФ Михаила Калугина, «на век вперёд». Для партнёров это также представляет несомненный интерес в контексте амбициозных планов по развитию в Армении искусственного интеллекта и развёртывания дата-центров, требующих значительного количества электроэнергии. Как уверяет Пашинян, «вопрос строительства АЭС для нас является не вопросом геополитического выбора, нам нужно лучшее соотношение цена – качество. Кто сделает нам лучшее предложение, за тем мы и пойдем».
Надо полагать, здесь имеется определённая доля лукавства, однако нельзя не признать, что по итогам событий 2020-2023 гг. вокруг Нагорного Карабаха расстановка сил на Кавказе изменилась кардинальным образом. Дискуссии о базе, вполне ожидаемые и подспудно начавшиеся ещё в период правления третьего президента Сержа Саргсяна – лишь часть более широкой повестки армяно-российских отношений, испытывающих нешуточную проверку на прочность. Ключевые сюжеты двустороннего взаимодействия (выбор между ЕАЭС и ЕС, энергетика, концессионное соглашение по железной дороге, работа отдельных предприятий с российским капиталом и, конечно же, пребывание на территории республики российской военной базы и пограничников) периодически попадает в поле эмоциональных общественных дискуссий и шумных уличных акций. Зачастую они инициируются властями, и действующими в тесной с ними связке радикальными прозападными агитаторами и активистами неправительственного сектора, коих немало и в Гюмри. Именно там, недалеко от границы с Турцией, дислоцируется 102-я российская военная база, службу на которой проходят в том числе и армянские граждане. На объекте осуществляется постоянное боевое дежурство в рамках объединённой системы ПВО СНГ, что в нынешние беспокойные времена выглядит совсем не лишним. По некоторым оценкам, работа базы обеспечивает до 15 тыс. рабочих мест. Военнослужащие и члены их семей составляют около 5 % населения Гюмри, что сказывается и на общественных настроениях в этом втором по величине городе Армении. Авиационное крыло вот уже более 30 лет базируется на аэродроме совместного базирования Эребуни (в Ереване), а деятельность пограничников регулируется отдельным соглашением. В 2024 г. они покинули аэропорт Звартноц, а до февраля 2025 г. – также КПП «Мегри» на границе с Ираном и с КПП «Маргара» на границе с Турцией.
До событий «44-дневной войны» 2020 года база в Гюмри прикрывала, пусть и символически, турецкое направление, в то время как основные силы армянской армии были сосредоточены на восточной границе в условиях неурегулированного вооружённого конфликта с Азербайджаном. «Запланированное поражение» армянской стороны в Нагорном Карабахе и вывод в 2023 г. российских миротворцев после окончательного перехода края под контроль Баку не мог не обострить дискуссий о дальнейшей судьбе на территории Армении российских военных объектов, изолированных от основной инфраструктуры Южного военного округа. Отсутствие дипломатических отношений с Грузией и явный скепсис бакинских экспертов по отношению к российскому присутствию в Армении и к его историческим символам предполагает снабжение базы всем необходимым исключительно через территорию Ирана. Дополнительную остроту вопросу могут придать провокации или даже диверсии со стороны украинской либо же западной агентуры в Армении, при попустительстве со стороны местных силовых структур, иные из которых пребывают под присмотром внешних кураторов.
Возможная нормализация армяно-турецких отношений после подписания мирного договора между Баку и Ереваном, возобновление приграничных связей неизбежно усилят голоса тех, кто считает несколько тысяч российских военнослужащих в Гюмри и Ереване «анахронизмом» и «символом безвозвратно ушедшей эпохи». Окажутся ли правы скептики, покажет уже недалёкое будущее. В отличие от политиков прежнего поколения, «четвёртая республика» Никола Пашиняна «не мыслит в категориях баланса сил, и Россия в качестве военного союзника, ей, в общем, не особо нужна. Поэтому закрытие российской военной базы в Гюмри – это вполне вероятный сценарий», – полагает ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России Николай Силаев. Действительно, нельзя исключать варианта, при котором Москва и Ереван договорятся о досрочного прекращения действия Договора 1995 года о российской военной базе на территории Республики Армения, не подлежащего расторжению в одностороннем порядке. Вместе с тем, скоропалительное сворачивание российского присутствия едва ли отвечало бы долгосрочным интересам безопасности небольшой страны, даже в случае гипотетического урегулирования оставшихся спорных вопросов в треугольнике Анкара – Ереван – Баку. Надо полагать, что именно Турция с Азербайджаном поспешат заполнить военно-политический вакуум, в случае если над крепостью бывшего Александрополя однажды перестанет реять российский флаг...
Андрей Арешев, по материалам: ИнфоШОС