В Сирийской Арабской Республике не стихают массовые беспорядки, спровоцированные резким повышением цен на моторное топливо. Вечером 13 сентября, вскоре после вступления в силу соответствующего рещения, сотни демонстрантов вышли на улицы в провинциях Алеппо, Идлиб, Хама, Дера`а, Ракка, Дейр-эз-Зор и Хасака. На следующий день десятки людей собрались Эш-Шаддади неподалёку от северо-восточного города Хасеке, чтобы выразить протест против новых ценников на заправках. На распространившихся в интернете видеороликах видно, как участники акций жгут автомобильные покрышки, эмоционально объясняя сотрудникам сил безопасности трудности своей повседневной жизни. Протестующие в Камышлы, городе со значительным курдским населением, держали плакаты с лозунгами «Нет политике удушения», «Берегите силы народа» и «Нет повышению цен на топливо», а другие скандировали: «Наше топливо – для народа».
В некоторых городах протестующие поджигали автомобильные покрышки и перекрывали важнейшие дороги, в том числе трассу, соединяющую Хасеке и Дейр-эз-Зор, блокируя проезд автоцистерн с нефтепродуктами. Участники акций также перекрыли международную трассу между Дейр-эз-Зором и Алеппо в сельской местности провинции Ракка. Движение по основной автомагистрали Дамаск – Алеппо, ранее заблокированной в Идлибе, возобновилось в понедельник, однако напряжённость сохраняется. По данным Сирийского центра мониторинга за соблюдением прав человека, в провинции Дамаск водители маршрутных микроавтобусов объявили забастовку, что привело к перебоям в движении и дорожным заторам.
Недовольство граждан усиливает отсутствие единого, неизменного тарифа на пассажирские перевозки: люди жалуются, что водители на одном и том же маршруте требуют разную плату. В Дамаске тарифы на проезд в маршрутках выросли примерно на 35-70%, а стоимость поездок на такси увеличилась на 30-60% в зависимости от расстояния.
Напомним, 12 сентября Министерство энергетики опубликовало новый перечень цен на нефтепродукты, вступивший в силу на следующий день. Стоимость дизельного топлива взлетела на 40% – до 175 сирийских фунтов (1,31 доллара) за литр, а бензин подорожал примерно на 28%. В ведомстве заверили, что повышение носит временный характер и связано с ценами на мировом рынке.
Согласно новым тарифам, опубликованным государственным информационным агентством SANA, литр 95-го бензина подорожал со 152 сирийских фунтов (1,14 доллара) до 195 фунтов (1,46 доллара). Цена литра 90-го бензина выросла со 147 фунтов (1,10 доллара) до 185 фунтов (1,38 доллара). Сильнее всего подорожало дизельное топливо – на 40%. Стоимость одного литра увеличилась со 125 сирийских фунтов (0,94 доллара) до 175 фунтов (1,31 доллара).
Нынешние акции стали одними из наиболее многолюдных после свержения президента Башара Асада в декабре 2024 года, пишет Al Monitor, напоминая о выступлениях друзов в южной провинции Эс-Сувейда в начале 2025 года и алавитов весной того же года в прибрежной провинции Латакия, ответом на которые стали погромы и массовые убийства. Нынешние протесты обусловлены не этноконфессиональными противоречиями, а ростом стоимости жизни, охватив значительную часть страны. Рост транспортных расходов ведет к удорожанию перевозки рабочей силы, сельскохозяйственной продукции, сырья и потребительских товаров, что потенциально усиливает ценовое давление на всю экономику.
Власти объясняют повышение цен ростом мировой стоимости нефтепродуктов и сокращением внутренних нефтеперерабатывающих мощностей на время ремонта НПЗ в Баниясе (крупнейший в Сирии нефтеперерабатывающий завод не работает с июля). По данным ведомства, предприятие останется закрытым ещё примерно два месяца, из-за чего стране придётся увеличивать импорт готовых нефтепродуктов.
По данным Министерства энергетики, местному рынку ежедневно требуется около 300 тысяч баррелей сырой нефти и нефтепродуктов. Внутреннее производство составляет примерно 100 тысяч баррелей в сутки и не покрывает потребности страны. Ежедневный спрос Сирии на дизельное топливо составляет приблизительно 7,72 млн литров, из которых чуть более млн литров производится внутри страны, тогда как оставшиеся 4,63 млн литров импортируются. Страна по-прежнему в значительной степени зависит от импорта нефтепродуктов, оставаясь уязвимой перед региональными и глобальными потрясениями на энергетическом рынке.
Объемы производства электроэнергии сократились на 80 процентов; за годы вооружённого конфликта повреждены более 70 процентов электростанций и линий электропередачи. Около 90 процентов населения живут за чертой бедности. Согласно отчету Программы развития ООН, потери ВВП страны в 2011-2025 гг. оцениваются в 800 миллиардов долларов. Три четверти населения зависят от гуманитарной помощи и нуждаются в поддержке в таких сферах, как здравоохранение, образование, обеспечение продовольствием и жильем, а также в решении проблем безработицы.
«Вопрос цен на топливо в Сирии – это не просто обсуждение стоимости литра бензина или дизельного топлива и не просто финансовое решение, дополняющее череду повышений цен, – рассказал одному из местных СМИ экономический эксперт Хассан Мурад. – Это проблема гораздо более масштабного характера, затрагивающая перспективы производства, транспортные расходы, цены на продовольствие, покупательную способность граждан, рентабельность бизнеса, занятость, инвестиции и даже способность сирийской экономики к восстановлению и возрождению».
Правительство во главе с президентом Ахмедом аш-Шара`а (аль-Джуляни) стремится восстановить энергетическую отрасль, серьёзно пострадавшую в результате более чем десятилетней войны и санкций, пытаясь снизить зависимость от импорта, а сам он эффектно позирует на различного рода международных форумах и конференциях. Так, выступая на недавнем Арабском медиа-саммите, бывший лидер боевиков Идлиба он представил Сирию как «безопасный торговый коридор, соединяющий Восток и Запад» на фоне потрясений в регионе. По информации SANA, аш-Шара`а заявил, что к концу года объем экономики Сирии должен достичь 50 миллиардов долларов (в 2025 г. году он составлял 32 миллиарда, на момент падения «режима Асада» в конце 2024 года – около 20 миллиардов долларов). Интерес Эмиратов к потенциалу Сирии как торгового коридора на фоне кризисов в Ормузском проливе и Красном море хорошо известен и вполне зримо обозначился ещё при прежних властях Дамаска. В мае прошёл первый инвестиционный форум Сирия – ОАЭ. В июне официальные лица двух стран встретились в Дамаске для обсуждения ряда проектов, в том числе создания транспортного коридора, связывающего сирийские порты в Средиземном море с иракским портом Умм-Каср и портом Халифа в ОАЭ. А в конце августа базирующаяся в ОАЭ девелоперская компания Arada подписала соглашение о реализации в Дамаске многофункционального проекта стоимостью 7 миллиардов долларов.
Однако внутриполитическая нестабильность и очередная смут могут поставить имеющиеся амбициозные планы под большой вопрос. «Исламисты пришли к власти с обещаниями наладить в стране экономику, привлечь инвестиции из стран Залива. Но за полтора года цены на продукты выросли в пять раз, а дизель только с февраля подорожал больше, чем вдвое», – пишет востоковед Игорь Димитриев, прогнозируя, что беспорядки в Сирии могут перекинуться и на страны региона: «Сирия просто самое слабое звено в цепи проблемных государств. Понятно, страна с разрушенной экономикой, население взбесившееся. Но причины, которые дестабилизируют Сирию, общие почти для всего Глобального юга. Пшеница подорожала примерно на четверть, азотные удобрения зависят от цены на газ, дизель растет, а вместе с ним логистика, одно на другое накладывается. После перекрытия Чёрного моря нужно искать новых поставщиков. Египет, 120 миллионов, из них больше половины получают социальный хлеб. Йемен – 44 миллиона. Пакистан – 259 миллионов. Бангладеш – 177. Афганистан – 45 миллиона, из них четырнадцать уже голодают. Дальше Сахель – Мали, Нигер, Чад, Судан. В сумме будет под миллиард человек, и везде одно и то же: многочисленное молодое население, правительство без денег на субсидии, подорожавший хлеб и тот ещё нужно где-то взять. Взорваться может всё», по сценарию «Арабской весны» 2011 года.
Думается, в случае дальнейшего усугубления топливного и продовольственного кризиса (а противоположных тенденций пока не видно), регион могут охватить действительно серьёзные потрясения, чреватые миграционными потоками на север – в Европу и постсоветские страны, не исключая государства Кавказа и Центральной Азии, рискующие столкнуться с принципиально новыми вызовами.
Александр Григорьев