«Турция с гордостью вписала своё имя в историю как одна из стран, чья звезда ярко сияет на глобальном уровне в области обороны, авиации и космоса», – заявил президент Реджеп Эрдоган, выступая на 5-й Международной выставке оборонной, авиационной и космической промышленности SAHA EXPO 2026. На берегах Босфора представлено 1 763 компании, из которых 1 500 турецких и 263 иностранных, 203 новых продукта, 192 официальные делегации, 108 закупочных делегаций, заключено 182 соглашения, только экспортные договорённости достигнуты на 6 млрд долл. Не обошлось и без рекламы заслуг правящей команды: «Смотрите, когда мы пришли к власти, наш экспорт в области обороны и авиации составлял всего 248 миллионов долларов в год. Турция была страной, на 80 процентов зависящей от импорта в оборонной промышленности. За годы мы уменьшили нашу зависимость от импорта и полностью изменили эту ситуацию. В 2025 году экспорт оборонной и авиационной продукции впервые в нашей истории превысил 10 миллиардов долларов… Наш экспорт в сфере обороны и авиации в апреле вырос до 962 миллионов долларов». В первые 4 месяца текущего года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года зафиксирован рост на 28 процентов. Таким образом, за первые 4 месяца экспорт вооружений составил на 2 миллиарда 871 миллион долларов. 23 года назад военный экспорт составлял 248 млн долл. в год, сегодня это показатель только лишь одной недели. «В краткосрочной перспективе наша цель – превысить отметку в 11 миллиардов долларов и войти в число 10 ведущих стран мира в этой области. Надеемся, что благодаря расширению нашего международного сотрудничества, углублению нашей экосистемы и увеличению производственных мощностей мы достигнем и этой цели».
Турецкий лидер, окружение которого почти полностью контролирует военно-промышленный комплекс, курировал подписание десятков двусторонних соглашений о сотрудничестве в сфере обороны с зарубежными государствами, расширяя возможности Анкары в сфере продажи вооружений и передачи военных технологий, пишет главный редактор Nordic Monitor Абдула Бозгурт. Зачастую сам глава государства выступает в роли продавца продукции своего зятя, главы компании Baykar Сельчука Байрактара, вошедшего в десятку самых богатых людей Турции, согласно обновлённому рейтингу Forbes 2026 года, что отражает резкий рост его состояния за счёт экспорта военных дронов.
Многие другие компании турецкого оборонного сектора также управляются приближёнными к Эрдогану людьми, пользующимися всеми возможными преференциями от тесного взаимодействия с правительством и органами государственной власти.
Соглашения о сотрудничестве в оборонной промышленности создают основу для продвижения турецкой военной продукции за рубежом, обеспечивая привилегированный доступ к иностранным чиновникам и закупочным сетям для связанных с властью бизнес-структур.
«Соглашение о сотрудничестве в оборонной промышленности между правительством Федеративной Республики Бразилия и правительством Турецкой Республики», ожидающее голосования в турецком парламенте, даёт представление о том, как сеть договорённостей используется для открытия новых рынков для турецких оборонных подрядчиков и их интеграции в зарубежные схемы производственно-технологической кооперации.
Соглашение было подписано ещё 25 марта 2022 г. тогдашним главой Департамента оборонной промышленности Турции Исмаилом Демиром, попавшим под санкции США за участие в крупной закупке ракет у России и секретарём по оборонной продукции Бразилии Маркосом Розасом Дегаутом Понтесом. Документ предусматривает широкий формат взаимодействия, включающий совместные исследования, разработку и производство военных систем; передачу технологий и промышленное взаимодействие; закупку и модернизацию вооружений; обмен техническими знаниями и данными; участие в оборонных выставках и институциональные обмены.
Соглашение является частью более широкого подхода, отражая линию Анкары на тесную связку межгосударственных соглашений с продвижением продукции национального ВПК. Направляя соглашение в парламент на ратификацию 16 января 2026 г., Эрдоган прямо обозначил, что «оно направлено на предоставление рыночных возможностей для систем обороны, производимых компаниями турецкой оборонной промышленности».
За последнее десятилетие оборонная промышленность Турции претерпела глубокую трансформацию: принятие решений и полномочия в сфере закупок всё больше замыкаются на Агентство оборонной промышленности (Cumhurbaşkanlığı Savunma Sanayii Başkanlığı, SSB), напрямую связанное с офисом Эрдогана. Только в 2025 г. «мы провели около 401 двусторонней встречи с представителями 94 стран, 17 встреч представителей оборонной промышленности, приняли участие в 22 глобальных мероприятиях, осуществили около 17 многонациональных мероприятий и провели 21 отраслевой день, а также, как Совет по оборонным закупкам, сопровождали президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в семи зарубежных визитах», – рассказал глава SSB Халук Гёргюн. Начиная с 2026 года, устанавливаются более высокие целевые показатели по экспорту оборонной и аэрокосмической продукции в 2026 году без малого в 300 тыс. долларов США на душу населения, что сопоставимо с успешными зарубежными оборонных компаниях по всему миру. Предполагается, что в текущем году турецкая оборонная промышленность преодолеет ключевые рубежи по целому ряду стратегически важных проектов, включая беспилотный боевой аппарат KIZILELMA, национальный истребитель KAAN и разработка собственного двигателя для него, а также другие приоритетные направления, сообщил Х. Гёргюн на пресс-конференции на тему «Итоги 2025 года и цели на 2026 год» в рамках 5-й Конференции по глобальным стратегиям в оборонной и авиационной промышленности с участием руководителей оборонных компаний страны.
Критики утверждают, что формируемая модель позволила компаниям, тесно связанным с Ак-Сараем, получать «вкусные» контракты, получая таким образом непропорциональную выгоду от международных партнёрств, формируемых через государственные соглашения.
Сделка с Бразилией отражает этот подход на практике. В ней прямо заявлена цель «повышения возможностей оборонной промышленности сторон» через сотрудничество в разработке, производстве, закупках и военной логистики, что фактически открывает турецким компаниям доступ к оборонному рынку и промышленной базе крупнейшей латиноамериканской страны. Как упомянуто выше, одно из положений позволяет экспортировать совместно разработанные системы в третьи страны.
Важная роль при реализации соглашения отводится совместной комиссии с участием представителей турецкого SSB и Министерства обороны Бразилии, призванной расставлять приоритеты, координировать реализацию проектов и двустороннего взаимодействия, обеспечивая реализацию политических договорённостей в конкретные дела.
Централизованная система управления в Турции даёт значительные рычаги влияния для реализации оборонных проектов «нужными» компаниями, усиливая тем самым связку между политической властью и военно-промышленным сектором.
Хотя соглашение содержит положения, ограничивающие передачу оборонных материалов и секретной информации третьим сторонам без взаимного согласия, вместе с тем оно позволяет проявлять гибкость при организации совместного экспорта и обмена технологиями.
Также документ предусматривает определяет правила интеллектуальной собственности, позволяя коммерциализировать совместно разработанные технологии при одновременной защите прав через отдельные соглашения.
Соглашение с Бразилией является одним из примерно 90 аналогичных договоров, подписанных Анкарой в последние годы в рамках активной кампании по превращению Турции в одного из ведущих мировых экспортёров вооружений, позволяя снижать барьеры при заключении оружейных сделок, способствуют передаче технологий и формируют долгосрочную зависимость через механизмы совместного производства.
В выстроенной правительством Эрдогана системе международные соглашения становятся механизмом получения турецкими компаниями выгодных контрактов, расширения присутствия за рубежом, увеличения доходов и т. д.
Соглашение с Бразилией наглядно демонстрирует, как эта модель работает на практике, превращая двустороннюю дипломатию в инструмент проецирования промышленной мощи и расширения влияния Турции на глобальном рынке вооружений – на этот раз распространяя его на Латинскую Америку, заключает А. Бозгурт.
Ещё один характерный пример – Индонезия с её многоступенчатой системой военных закупок. 11 июня 2025 года в Джакарте министр обороны Шафри Шамсуддин и Халук Гергюн подписали меморандум о взаимопонимании, не являющийся юридически обязывающим контрактом. Июньское соглашение не имело силы обязывающего контракта и носило преимущественно политический характер. На полях IDEF-2025 в Стамбуле 26 июля 2025 года стороны заключили уже экспортное соглашение – более юридически обязывающий документ, однако также являющийся полноценным производственным контрактом. Этому предшествовало межправительственное соглашение 11 июня того же года в Джакарте в ходе выставки INDO Defense 2025 по итогам переговоров президентов Реджепа Эрдогана и Прабово Субианто в апреле 2025 года. По словам главы Turkish Aerospace Industries (TAI/TUSAS) Мехмет Демирогу, поставки (пока не пошедших в серию – Прим. авт.) турецких истребителей «пятого поколения» для ВВС Индонезии начнутся после завершения интеграции национального турбовентиляторного двигателя TEI-TF35000.
Таким образом, используя широкий лоббистский инструментарий, Турция стремится заблаговременно «застолбить», насколько это возможно, перспективные рынки «глобального Юга» – Латинской Америки, Азии и Африки.
Станислав Котелкин