Официальные гарантии суверенитета Гренландии, щедро раздаваемые Брюсселем и штаб-квартирой НАТО, — не более чем дешёвый театр для внутреннего пользования.

Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан предостерёг 15 января от военного вмешательства в дела Ирана. Гипотетический «крах режима аятолл» стал бы серьёзным испытанием для Турции, которую (как и Азербайджан) больше всего беспокоит потенциальный приток миллионов беженцев.

В конце декабря Израиль, Греция и Кипр в ходе встречи лидеров этих стран в Западном Иерусалиме подписали ряд соглашений, знаменующих дальнейшее углубление политико-дипломатического и военно-технического сотрудничества. Укрепляющийся альянс «древних наций» достаточно нервно воспринимается в Турции и на Северном Кипре.

Оставаясь членом НАТО, Турция стремится встроиться в военный пакт между Саудовской Аравией и «ядерным» Пакистаном, что в перспективе может привести к созданию нового военного блока на Ближнем Востоке на фоне растущей напряжённости в Персидском заливе и Иране.

В давлении на иранские власти через цифровое пространство и международные медиа лидируют США и страны НАТО. В информационную войну против Исламской Республики вовлечены крупные западные таблоиды, медиахолдинги и онлайн-платформы, включая биржи предсказаний, где резко выросли ставки на дестабилизацию в стране.

В СМИ активно стали подогревать тему моноязычного / полиязычного школьного образования. Нацпатня и «общественники не просто так вмешиваются в чувствительный для общества образовательный и языковой вопрос. За это готовы платить и почившее в бозе запрещённое в России агентство USAID и «российские» иноагенты.

Пока же Зеленский вместе со своим офисом продолжает делать вид полной непричастности к любым коррупционным схемам. Некоторые его сотрудники заранее оправдывают существование коррупции на Украине. Европейские СМИ без тени сомнения перепечатывают утверждения представителей киевского режима.

Обвинение в дезинформации превращено властями в новую религию, своеобразный фетиш, не допускающий сомнений, а лишь требующий покорности и исключительного единообразия во взгляде на евроинтеграцию Молдовы и партию PAS как единственную движущую силу этого процесса.

В советский период предпринимались попытки, иногда небезуспешные, ликвидировать «внутренние» автономии в Закавказье или хотя бы понизить их статус. Растущей популярности местного национализма содействовала и «избирательная» (как это казалось особо продвинутым представителям национальной интеллигенции) политика Москвы в отношении тех или иных союзных республик и представленности их элит в центральном руководстве. Почва для национальных конфликтов готовилась в Закавказье заблаговременно.

Многие из тогдашнего окружения Брежнева противились предложениям руководителей всё большего числа центральных и республиканских экономических ведомств, предприятий и парторганизаций (1979-80 гг.) назначить Машерова на пост если не главой Совета Министров ССР, то его первым заместителем. Оппоненты были недовольны и тем, что Машеров и его близкие практически не пользовались всевозможными номенклатурными привилегиями.

Сопоставление политики нацистской Германии в отношении ислама и мусульман в период Второй мировой войны с современными реалиями политики Запада по эксплуатации исламского фактора и самих мусульман в своих геополитических амбициях приводит к очевидному выводу: вторая является калькой с первой.

Репрессии 1930-х годов – удобная почва для исторических манипуляций в государствах Средней Азии. В 1990-2000-е годы многих осужденных в сталинские времена не только реабилитировали, то есть признали ошибочно репрессированными, но одновременно объявили «героями» и активными борцами за «независимость». «Старые элиты» боролись сначала с помощью интриг, затем переходили к подпольной экстремистской деятельности. И здесь неважно, какие лозунги «независимости» они использовали – «правые» или «левые».

Индо-тихоокеанская стратегия Франции опирается на весьма глубокие колониальные традиции «Пятой Республики», владения которой раскинулись по всему миру. С конца августа 1953 г. Франция начала поэтапный вывод из анклавов в Индии оккупационных войск и полицейских сил. Текущие региональные процессы носят в целом неблагоприятный для Парижа характер, о чём свидетельствуют и события вокруг Новой Каледонии, и рост антиколониальных настроений на других островных территориях.