Горный Бадахшан – между Великобританией и Китаем

Фото: Global Look Press/Xinhua/Известия

Появится ли в Ваханском ущелье вторая военная база Поднебесной?

5 ноября президент Таджикистана Эмомали Рахмон произвел резонансную кадровую перестановку в Горно-Бадахшанской автономной области. Он уволил главу ГБАО Ёдгора Файзова, назначив на его место мэра административного центра региона, бывшего зампредседателя госкомитета национальной безопасности Таджикистана, генерал-лейтенанта Алишера Мирзонаботова.

Увольнение Файзова сопровождалось истеричной реакцией со стороны центральноазиатских офисов «Радио Свобода» (признано иностранным агентом в РФ). «Радио Озоди» (Таджикистан) и «Радио Азаттык» (Казахстан) мусолили эту тему до и после увольнения Файзова, во время его пребывания в должности председателя ГБАО беспрестанно брали у него интервью, позиционируя своего любимца как «народного губернатора», скромного в быту и заботящегося о процветании вверенного ему региона.

Ёдгор Файзов до своего назначения главой ГБАО долгое время был представителем Ага-хана, верховного главы исмаилитов в Горном Бадахшане, где Фонд Ага-хана пользуется абсолютным влиянием. Ага-хан является давним доверенным клиентом британской разведки МИ-6.

И если Ёдгор Файзов представляет на Памире Ага-хана IV, то сам Ага-хан, в свою очередь, представляет в регионе МИ-6.

Реальная власть в ГБАО принадлежит полевым командирам, которые контролируют наркотрафик из Афганистана.

В 2012 году после убийства в ГБАО начальника местного управления Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) генерала Назарова Душанбе направил в Хорог войска. Начался штурм города, оказавшего мощное сопротивление. Десятки людей погибли. Штурм был остановлен, и через несколько напряженных недель при посредничестве Фонда Ага-хана войска из-под Хорога были выведены.

После назначения Файзова в 2018 году главой ГБАО беспорядки прекратились. Это означает, что был достигнут, как мы писали, консенсус центрального правительства не столько с бадахшанскими исмаилитами, сколько с британской внешней разведкой МИ-6 и военной разведкой ДИС. Как рассказал в интервью газете «Завтра» российский военный аналитик Александр Нагорный, в 2001 году британские спецслужбы взяли под свой контроль наркотрафик в провинции Кундуз, а в 2002 году – наркотрафик через ГБАО.

С чем может быть связано увольнение Файзова?

После ухода американских военных из Афганистана теперь уже бывший губернатор приютил в регионе большое число беженцев из Афганистана, так что административный центр ГБАО, город Хорог, прозвали «прибежищем мигрантов из Афганистана».

«Когда этим летом после захвата талибами (запрещены в РФ) большинства уездов, ситуация в соседнем Афганистане обострилась, более 1000 человек бежали в Таджикистан, и в администрации области создали все необходимые условия, обеспечивая беженцев едой и крышей над головой, а также проводя переговоры с международными благотворительными организациями об оказании им гуманитарной помощи. Файзов выразил готовность принять до 5-10 тысяч беженцев»,

 – пишет прозападный таджикский ресурс «Your.TJ», называющий Файзова «чиновником народа».

На фоне непростой ситуации, в которой оказался Таджикистан после прихода к власти в Афганистане талибов, такое гостеприимство «народного чиновника», за спиной которого стоит не только Ага-хан, но и МИ-6, могло показаться властям в Душанбе подозрительным, чреватым очередным восстанием местных исмаилитов или, хуже того, переделом наркотрафика в пользу британских контрагентов.

Своё недовольство активизацией ставленника исмаилитов мог выразить и Китай, в последние годы наращивающий свое военное присутствие в республике. Так, ещё 18 февраля 2019 года The Washington Post рассказала о размещении в Горном Бадахшане китайской военной базы. Пункт китайской военной радиоэлектронной разведки в ГБАО был построен Синьцзянским производственно-строительным корпусом (СПСК, The Xinjiang Production and Construction Corps, XPCC), самой крупной в мире «гражданской» Трудовой армией (в настоящее время до 2 млн. человек). Этот военно-инженерный корпус располагает в своём составе университетами, инженерными и строительными подразделениями, включает несколько городов, не подотчетных и не контролируемых правительством Синьцзян-Уйгурского автономного округа. Важнейшие проекты за рубежом или в самом Китае СПСК в последние полтора десятка лет реализует с привлечением иностранных компаний в основном через свои частные коммерческие организации – акционерные общества и общества с ограниченной ответственностью. Соответственно, де-юре иностранцы ведут дела не с гражданской мобилизационной Трудовой армией СПСК, а с коммерческими компаниями.

Китайский военный объект в Горно-Бадахшанской автономной области Республики Таджикистан юридически вообще таковым не является. Поэтому никаких специальных согласований с правительством Таджикистана, постоянного или временного получения земли под объект, и, соответственно, информирования военных союзников по ОДКБ не требовалось.

Контейнеры с радиоэлектронным оборудованием и жилые здания (коттеджи) юридически являются сугубо гражданским хозяйственным объектом коммерческой деятельности. Китайский разведобъект формально предназначен для материально-технической поддержки грузовых автоперевозок и иных коммерческих хозяйственных задач по обеспечению деятельности в Таджикистане китайских корпораций (строительство дорог, освоение горных недр и др.).

Важнейшими военными задачами китайской разведывательной базы в ГБАО являются: радиоэлектронное прослушивание американских военных в Афганистане и сил Международной коалиции в Афганистане, объектов 201-й российской военной базы в Таджикистане и пограничников ФСБ России в Алайской долине и в Оше в Киргизии.

«Покрытая завесой тайны, эта база, состоящая из двух десятков строений и сторожевых башен, иллюстрирует то, как следы китайской жёсткой силы распространяются вместе со стремительным ростом экономики страны. Таджикистан – купающийся в китайских инвестициях – присоединяется к списку стран, где есть китайские военные объекты. Среди них – Джибути в стратегически важном районе Африканского Рога, и искусственные острова в Южно-Китайском море, в самом сердце Юго-Восточной Азии», – живописует The Washington Post. «Ни одно правительство не признало своим публично скромный объект в Таджикистане – своего рода плацдарм в афганский Ваханский коридор, расположенный в нескольких милях отсюда. Однако тот факт, что он здесь есть, важен и символичен…Китай, как представляется, прокрадывается в неспокойный регион, играющий критическую роль для его безопасности и его континентальных амбиций, – пишет автор публикации Джерри Ших. – Отступление старых держав и приход новых уже нагляден в Таджикистане, маленькой, бедной стране, которая служила воротами в Афганистан для американских вооруженных сил на первых этапах вторжения 2001 года».

Во время поездки вдоль таджикско-афганской границы корреспондент The Washington Post увидел этот китайский военный объект и встретил группу китайских солдат в военной форме, совершавших покупки в таджикском городе, где располагается ближайший к их базе рынок. На воротнике намётанный взгляд западного журналиста разглядел знаки отличия подразделения СПСК.

Недавно «Радио Азаттык» сообщило, что Таджикистан разрешил Китаю построить в республике вторую военную базу. Как заявил первый замминистра внутренних дел Таджикистана Абдурахмон Аламшозода, объект появится в селении Вахан в ГБАО и будет принадлежать специальному отряду быстрого реагирования МВД страны. Согласно официальной информации, на базе будут присутствовать регулярные таджикские полицейские силы.

По словам таджикского депутата Толибхона Азимзоды, слова которого приводит «Радио Азаттык», строительство новой базы будет проведено при финансовой поддержке Китая. Общая стоимость составит $10 млн.

По итогам «Большой Игры», Россия и Британия разделили Горный Бадахшан по реке Пяндж на почти равные части. Северная отошла к Российской империи, южная оказалась под властью эмиров Афганистана, находившихся, в свою очередь, под влиянием Британской Индии. В дополнение колонизаторы сформировали знаменитый Ваханский коридор – узкий язычок-«прокладку» между двумя империями, «которым Афганистан и поныне нежно касается владений Китая».

В июле 2021 года талибы вошли в афганскую часть Ваханского коридора, где также проживают исмаилиты. Политолог Андрей Медведев пишет: «…Снова и снова вынужден повторить: талибы заходят без войны и стрельбы в те районы, где их раньше никогда не было. Вахан, кстати, зона интересов Китая. Была информация даже, что там стоят китайские подразделения. Вот сейчас и узнаем точно. Но талибы в Вахане это определённо угроза китайскому Синьцзяну. Интересно увидеть реакцию Пекина».

И эта реакция оказалась вполне ожидаемой. Теперь в Вахане будет вторая военная база, в то время как ставленника МИ-6 Ёдгора Файзова таджикское руководство оправило на заслуженный отдых.

Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук

Добавить комментарий