1971 год: как и почему шахский Иран пошёл против Запада?

Экономическое и военно-стратегическое значение островов на выходе в Ормузский пролив сложно переоценить и сегодня

На Ближнем Востоке неспокойно было всегда, неспокойно и сейчас, а региональные конфликты – известные и не очень – подобно «барометру», отражают изменения не только регионального, так и, подчас, глобального характера. Периодически в ирано-«эмиратских» политико-дипломатических контактах (об их очередной серии мы недавно писали) всплывает тема так называемых «спорных» островов, конфликт вокруг которых полувековой давности оказал серьёзное влияние на расстановку сил в этом исключительно важном с точки зрения поставок энергетических ресурсов районе.

Карта расположения остовов

30 ноября – 1 декабря 1971 года высадив десант, шахский флот овладел стратегическими островами в центральном и восточном секторах Персидского Залива: Абу-Муса, Большой и Малый Томб (общая территория – 27 кв. км), предотвратив тем самым их захват сопредельными новообразованными Объединенными Арабскими Эмиратами – бывшим британским протекторатом «Договорный Оман». Упреждающие действия Тегерана радикально изменили политическую карту бассейна Персидского Залива, укрепив позиции тогдашней ближневосточной монархии не в пользу «коллективного Запада».

Похоже, «шахиншах» предвидел опасность, угрожающую с юга со стороны США в связи с политикой, проводимой Мохаммедом Реза Пехлеви со второй половины 1960-х годов, по «отдалению» Ирана от США и его ускоренному политико-экономическому сближению с СССР. Именно этим обстоятельством можно объяснить «заблаговременное» присоединение этих островов. Пообещав в 1973 году рассмотреть просьбу Вашингтона о создании на одном из них американской военной базы, иранцы этот вопрос замотали.

Воссоединение последовало буквально за сутки до провозглашения британского протектората «Договорный Оман» 1 декабря 1971 г. Объединёнными Арабскими Эмиратами. Уже в последние годы британского протектората здесь усиливалось влияние США, компании которых планировали ещё и нефтегазовую геологоразведку вблизи «островов раздора».

Лондон же проводил здесь традиционную политику «разделяй и властвуй», передав в 1960 году управление островами своему протекторату – эмирату Шарджа (будущая часть ОАЭ). Иран же это решение постоянно опротестовывал. В 1968 году Великобритания объявила о возвращении островов Ирану, но это решение не было реализовано, спровоцировав усиление антибританских настроений, как в «Договорном Омане», так и в Тегеране. Воспользовавшись фактическим коллапсом британского управления в «Договорном Омане», Иран вынудил 1 декабря 1971 г. уже Шарджу (ОАЭ) подписать соглашение об иранском суверенитете на островах.

В 1972 г. ОАЭ, поддержанные Саудовской Аравией, Катаром, Оманом, Бахрейном (также бывшими британскими протекторатами) и Лигой Арабских Государств, предлагали передать острова под управление ООН. Западные державы в Совете Безопасности тогда, однако, на это предложение не откликнулись. Поддержал иранскую позицию и Кувейт, опасавшийся повторной (после 1962-1963 гг.) экспансии Ирака, претендовавшего на Кувейт сразу после ухода оттуда британцев (июнь 1961 г.). «Проиранская» позиция эмирата объяснялась ещё и поддержкой Ираном в середине 1960-х годов воссоединения Кувейта с отторгнутым от него британцами южным регионом (1). Советская делегация в ООН придерживалась в том споре нейтралитета: активное в тот период развитие отношений с Ираном исключало поддержку Москвой требований ОАЭ. Кроме того, в Москве помнили о просоветской позиции «шахиншаха» в связи с вводом войск Организации Варшавского Договора в Чехословакию в 1968 году (2).

М. Пехлеви и советское руководство в Кремле, 1972 г.

Согласно справке агентства Pars Today, «Острова Малый и Большой Томбы и Абу-Муса расположены в самых глубоких частях Персидского залива, внутри двух транспортных коридоров в заливе. Это способствовало тому, что эти острова приобрели особое стратегическое и геополитическое значение. Каждые три минуты в территориальных водах этих островов проходит один танкер с сырой нефтью.

Остров Большой Томб с точки зрения стратегии обороны является важной базой для Ирана. Большой Томб важен, поскольку находится в оборонной системе ПВО южного Ирана в Ормузском проливе. На острове Малый Томб размещены иранские военные укрепления и техника (3), его взлётно-посадочная полоса используется в военных целях. Это кривая линия, соединяющая шесть островов: Хормоз, Ларк, Кешм, Хенгам, Большой Томб и Абу-Муса, которая создаёт сильную оборонительную линию для Ирана в Ормузском проливе – у входа в Персидский залив». На рубеже 1970-х – 1980-х годов в иранских территориальных водах вблизи этих островов были разведаны два крупных месторождения нефти и одно – природного и сопутствующего газа, пока неиспользуемые.

Нефтяные (красный цвет) и газовые (зеленый) месторождения в районе воссоединённых иранских остовов

Данное обстоятельство ещё более усилило экономическое значение островов, о которых, впрочем, не забывают и в Абу-Даби. Согласно заявлению МИД ИРИ от 26 марта 2014 г., «Иран категорически отвергает притязания ОАЭ на три острова в Персидском заливе, поддержанные в итоговом коммюнике состоявшегося в Эль-Кувейт Лиги Арабских Государств. Острова Большой Томб, Малый Томб и Абу-Муса были, есть и будут составной частью территории Ирана». 4 ноября 2021 г. аналогичное заявление распространило иранское представительство при ООН. Интересно, что с середины 1970-х Лига Арабских Государств несколько дистанцировалась от официальной поддержки эмиратских притязаний. По дипломатическим каналам в Тегеран сообщалось об уважении иранской принадлежности островов Бахрейном, Катаром, Кувейтом, Сирией, Ираком, выступающими за ирано-эмиратские переговоры, если в Абу-Даби будут настаивать на своих претензиях.

Интересно, что вялотекущий спор не мешает торгово-экономическим связям соседей: для Ирана через ОАЭ пролегал один из путей обхода западных санкций, включая валютные операции. Согласно данным из иранского источника, капиталовложения Ирана на территории ОАЭ составляют от 200 до 300 млрд. долл. По некоторым сведениям, в руках иранской общины в ОАЭ в 2012 г. находилось более 15% всех богатств и недвижимости этой страны. В ОАЭ проживает примерно 500 тыс. граждан Ирана (из них до 400 тыс. чел. в Дубае), что составляет около половины коренного эмиратского населения. В основном это наёмная рабочая сила, предприниматели, здесь официально зарегистрировано около 8 тысяч иранских коммерсантов. В новых условиях ОАЭ может сыграть роль своего рода моста для западных инвесторов в отношении Ирана (4)

Пришедшая к власти по итогам летних президентских выборов администрация Эбрагима Реиси сосредоточилась на вопросах региональной безопасности. На этой неделе Иран проводит в Персидском заливе военные учения, испытывая и демонстрируя новые образцы вооружения. Согласно заявлению командующего сухопутными войсками Корпуса стражей Исламской революции М. Пакпура, иранские беспилотники могут нацеливаться туда, где это будет необходимо. В свою очередь, ОАЭ крепит военно-коммерческие связи с Парижем, подписав в начале декабря крупнейший контракт на поставку самолётов и вертолётов. В минувшем октябре впервые побывал в Израиле, где наблюдал за проходившими там международными военными учениями и провёл официальные переговоры, командующий ВВС Эмиратов. 13 декабря с «историческим» визитом в Дубае побывал премьер-министр Израиля Нафтали Беннет. В свою очередь, поддержав Абу-Даби в их «территориальном споре» с Ираном, участники недавнего саммита ССАГПЗ в Эр-Рияде в то же время отметили важность переговорного процесса.

…Прикрытое многочисленными островами, отмелями и рифами южное побережье неудобно для проведения десантных операций. Контроль же за входом в Ормузский пролив и за примыкающим к нему восточным сектором Персидского Залива максимально усиливает военно-политическую безопасность Ирана, значение которой в контексте ведущейся против этой страны «гибридной» войны сложно переоценить.

Алексей Чичкин

Примечания

(1) Речь идёт о т.н. «нейтральной зоне», сопредельной с Саудовской Аравией, где ранее были разведаны крупные ресурсы нефти.
(2) М. Пехлеви тогда пояснил иностранным СМИ, что Москва не могла допустить победы антисоветских оппозиционеров в ЧССР, являвшейся арьергардом у советских западных границ. По воспоминаниям советника советского торгпредстве в Иране (в 1970-75 гг.) П.П. Балиева, на приёме в посольстве СССР в Тегеране, по случаю 30-летия победы в битве за Москву тогдашний посол В. Ерофеев сообщил главе МИР Ирана (1971-77 гг.) Аббасу Али Халатбари, что руководство СССР, сообразно с позиции о поддержке военно-политической безопасности Ирана и мер по её укреплению, принимает к сведению юрисдикцию Ирана над тремя островами в Персидском Заливе. В свою очередь, иранский министр поблагодарил руководство СССР за поддержку в этих вопросах, отметив также приверженность своей страны бессрочному советско-иранскому соглашению по Каспийскому морю как внутреннему бассейну обеих стран (1940 г.), равно, как и бессрочному договору о дружбе (1921 г.), предусматривающему оборонное взаимодействие обеих стран при внешней угрозе безопасности СССР и Ирана. Аналогичное мнение о позиции СССР по этим документам высказал советский посол.
(3) В настоящее время острова очень хорошо защищены и являются частью иранской оборонительной инфраструктуры в Персидском заливе и Ормузском проливе. На островах расположены иранские гарнизоны, военно-морские базы, с которых могут действовать ракетные, торпедные катера и подводные лодки. Там же находятся береговые батареи противокорабельных ракет, 122-мм гаубиц, реактивных систем залпового огня. От воздушных атак эти объекты прикрываются ЗРК и 23-мм и 35-мм зенитными установками. Таким образом, Иран при помощи военных баз, расположенных на этих трех и ещё нескольких соседних островах (Ормуз, Кешм и др.), фактически контролирует судоходство в этом стратегически важном районе / см.: Ганиев Т.А., Задонский С.М., Карякин В. Военная мощь Исламской Республики Иран. Том 1. М.: 2020. С. 26-27.
(4) Зинин Ю. Отношения Ирана и арабских стран Персидского Залива: некоторые аспекты // Международная аналитика. 2016. № 4.

Добавить комментарий