А глава компании Baykar предсказывает очередной революционный прорыв в военном авиастроении
По мнению Национальной академии разведки Турции, нерешённые проблемы в сфере безопасности и ограничения, исходящие от союзников по НАТО, подтолкнули турецкие власти к расширению стратегической автономии. Санкции и иные ограничения на экспорт оборонной продукции, равно как и политические условия, выдвигаемые в рамках соглашений о военном сотрудничестве, не только провоцируют напряжённость между союзниками, но и ослабляют способность НАТО создавать общий оборонный потенциал.
В 58-страничном докладе под названием «Саммит в Анкаре, дебаты о НАТО 3.0 и Турция», о котором рассказывает Nordic Monitor, утверждается, что, когда такие страны, как Турция, считают, что их ожидания в сфере безопасности не оправдываются либо же становятся мишенью политики, проводимой другими союзниками, они склонны больше полагаться на собственные силы, а не исключительно на механизмы альянса. В документе утверждается, что НАТО вступает в новую фазу, которую называют «НАТО 3.0», когда одной лишь военной мощи уже недостаточно для сдерживания.
Согласно докладу, устойчивость, оборонное производство, технологический потенциал, сотрудничество в сфере разведки и способность противостоять гибридным угрозам стали важнейшими элементами современной коллективной обороны. По мнению турецких разведчиков, конфликты все чаще сопровождаются кибератаками, использованием искусственного интеллекта, атаками на критически важную инфраструктуру и информационными операциями, что требует от членов НАТО развития не только вооруженных сил, но и промышленной и технологической независимости.
Главный аргумент доклада заключается в том, что стратегическая автономия должна дополнять членство в НАТО, а не конкурировать с ним. По мнению авторов документа, союзники с более развитой оборонной промышленностью и технологическими возможностями могут более эффективно способствовать коллективной безопасности, снижая уязвимость и повышая общий потенциал альянса. В докладе особое внимание уделяется опасениям Турции по поводу того, что некоторые из ее приоритетов в области безопасности не получают должного внимания со стороны партнёров по альянсу.
Хотя в докладе не называются конкретные страны или инциденты, в нём, судя по всему, отражены некоторые давние разногласия между Турцией и другими членами НАТО, в том числе разногласия по поводу политики в отношении Сирии, ограничений в оборонной промышленности и поддержки Западом курдских вооруженных группировок, которые Анкара считает террористическими организациями.
Президент США Дональд Трамп, прибывший в Анкару 7 июля на саммит НАТО, провёл переговоры с президентом Турции Реджепом Эрдоганом. Накануне двусторонней встречи Трамп объявил на брифинге для прессы о предстоящем снятии санкций в отношении турецкого ВПК. Турецкие разведчики предсказуемо критикуют данные ограничения, утверждая, что эмбарго, экспортный контроль и политические условия, выдвигаемые в рамках соглашений о военном сотрудничестве, влекут последствия, выходящие за рамки двусторонних разногласий:
«Эмбарго, экспортные ограничения и политические условия создают проблемы в двусторонних отношениях, а также ослабляют стремление НАТО к развитию совместного потенциала».
В Анкаре неоднократно заявляли, что ограничения, затрагивающие оборонную промышленность Турции, препятствуют сотрудничеству между союзниками, снижая оперативную совместимость в рамках НАТО, а участники альянса должны иметь возможность разработки и приобретения оборонных технологий без политических препятствий, способных помешать реализации совместных проектов или ограничить оперативное взаимодействие.
Укрепление оборонной промышленности Турции рассматривается не как угроза единству НАТО, а как потенциальный вклад в развитие альянса. В качестве примеров факторов заинтересованности партнёров в докладе упоминаются разработки Турции в сфере беспилотной авиации, радиоэлектронной борьбы, радиолокационных технологий, систем управления и контроля, производства боеприпасов и др. Здесь отметим усилия турецких оборонщиков, всячески стремящихся доказать свою незаменимость для партнёров по НАТО и не только. Так, Сельчук Байрактар, председатель правления турецкой компании по производству беспилотников Baykar и зять президента Эрдогана, рассказал о широком международном признании автономных боевых дронов с реактивным двигателем, но только после того, как они должным образом зарекомендуют себя в боевых условиях.
Выступая на презентации в Национальном технологическом центре имени Озджемира Байрактара компании Baykar в Стамбуле, Байрактар назвал беспилотные летательные аппараты принципиально новым типом оружия, полностью самостоятельным классом военных платформ, не требующих участия пилотов и полагающихся на программное обеспечение, которое можно скопировать и улучшить практически мгновенно. По его словам, автономные боевые летательные аппараты представляют собой технологический сдвиг, аналогичный переходу от пилотируемых систем к автоматизированным в других отраслях. В отличие от обычных истребителей, требующих многолетней дорогостоящей подготовки пилотов, беспилотные летательные аппараты зависят от программного обеспечения, которое можно масштабировать на весь самолётный парк, а не за счёт обучения новых пилотов. Эти комментарии прозвучали 30 июня 2026 года в ходе визита участников парламентского саммита НАТО в Стамбуле. А в ходе пресс-конференции по итогам саммита НАТО в Анкаре 8 июля 2026 года Реджеп Эрдоган рассказал о развитии оборонной промышленности Турции, уделив особое внимание именно сектору беспилотных летательных аппаратов. В качестве примера международного роста отрасли он привел компанию Baykar, продолжающую получать крупные заказы со всего мира, та как «наши беспилотные летательные аппараты и вооруженные дроны получили признание во всем мире».
Возвращаясь к докладу турецкой разведки, отметим, что его авторы упоминают о разности в восприятии внешних угроз, эфемерных и реальных: в то время как «восточные» союзники видят опасность в пресловутой «российской экспансии», Турция и некоторые другие страны больше озабочены борьбой с терроризмом, нестабильности на Ближнем Востоке, нелегальной миграции и энергетической безопасности. Угрозы, исходящие с юга, по мнению турецких стратегов, заслуживают такого же коллективного внимания, какое НАТО уделяет вопросам безопасности на «восточном фланге» альянса.
Турция занимает уникальное положение в НАТО благодаря своему географическому положению и военному опыту. Однако аргументация, представленная турецким государственным институтом, отражает лишь одну грань весьма непростой геополитической картины. В своё время серьёзные разногласия вызвало приобретение Анкарой российских зенитно-ракетных комплексов С-400, что привело к исключению Турцию из программы создания истребителя пятого поколения F-35 и ввели санкции в соответствии с законом «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA). В последнее время ходят слухи о возможной продаже российских систем то Южной Корее, то одной из аравийских монархий, что встретило благосклонное отношение в Белом доме. Как пишет военный эксперт Фикрет Байыр в газете Cumhuriyet, за всей этой историей кроется целенаправленная попытка Запада разорвать российско-турецкие военно-технические связи, используя С-400 и F-35 в качестве подходящих предлогов.
В Анкаре не слишком удачно пытаются усидеть на двух стульях, о чём свидетельствует и недавнее заявление главы турецкой дипломатии о готовности Турции возглавить морскую часть т. н. «гарантий безопасности» для Украины, а сотрудники ведомства Хакана Фидана предложили ввести мораторий на удары в Черном море. В свою очередь, Россельхознадзор ввёл запрет на импорт из Турции с 18 июля персиков, абрикосов, черешни и других косточковых от пяти экспортеров из-за «систематического выявления карантинных объектов».
Дальнейшее ухудшение российско-турецких отношений объективно будет играть на руку деструктивным силам, сделавшим ставку на дальнейшую дестабилизацию Причерноморья и сопредельных регионов.
Станислав Котёлкин