«Курдское эхо» мигрантского кризиса на белорусско-польской границе

После телефонного разговора уходящего канцлера Германии Ангелы Меркель с белорусским президентом Александром Лукашенко некоторые европейские СМИ поспешили объявить о решении проблемы миграционного кризиса на «восточной» границе ЕС. Действительно, импровизированный лагерь близ пограничного перехода «Брузги» в Гродненской области заметно опустел, а его обитатели – преимущественно езиды, курды и арабы из Ирака и отчасти Сирии – потихоньку потянулись на историческую родину. Так, согласно заявлению Регионального правительства Курдистана, 18 ноября более 400 мигрантов прибыли в аэропорт Эрбиля специальным рейсом из Минска. По данным местных властей, в настоящее время на границах Белоруссии, Польши и Литвы застряли более 20 тысяч человек, около 8 тысяч из которых являются выходцами из Иракского Курдистана (не исключено, что в реальности таковых больше).

Несмотря на относительно локальный характер проблемы, которую, при наличии доброй воли со стороны Запада, можно было бы относительно безболезненно решить, «ясновельможные паны» постарались выжать из неё максимальный пропагандистский эффект, выставляя себя несокрушимыми стражами восточных рубежей Евросоюза. Дескать, именно доблестные поляки охраняют «старушку Европу» от «варварских орд», лично направляемых «диктатором Лукашенко» и российским президентом Владимиром Путиным. Несмотря на очевидную бредовость этой версии, появление которой обусловлено стремлением Варшавы нормализовать пошатнувшийся диалог с Брюсселем, она по-прежнему туманит разум некоторым европейским политикам и пропагандистской обслуге, требующим расширения санкционного давления на Минск и Москву. Между тем, большинство беженцев стремятся, конечно же, не в этнически однородную Польшу, а прежде всего – в наиболее привлекательную для них Германию, уже принявшую в ходе нескольких недавних миграционных «волн» более 2 миллионов человек. Само по себе появление массы обездоленных и озлобленных, восприимчивым к криминальным схемам людей стало следствием и неизбежным порождением многолетней практики западного (не исключая польский) колониализма. Его наглядными проявлениями на Ближнем Востоке только за последние десятилетия стали оккупация Афганистана и Ирака, пресловутая «арабская весна», антисирийские санкции и прочие «прелести демократии».

В контексте стремительно деградирующей общественно-политической и социально-экономической ситуации в Афганистане и Ираке, появление «у ворот Европы» десятков и сотен тысяч беженцев, по сравнению с которыми нынешние события покажутся «детской прогулкой» – более чем вероятно. В этой связи, особое внимание следует обратить на многочисленных выходцев из Курдского автономного региона (с административным центром в Эрбиле) – квазигосударственного образования на севере Ирака, которое до поры до времени представлялось в качестве оазиса относительного благополучия и безопасности на фоне окружающего иракского и сирийского хаоса и экономической разрухи. Однако грозовые вихри мирового кризиса, усугубляемого перманентной региональной нестабильностью, не могли обойти стороной этот регион с зыбкими границами, во многом критически зависящий от американской военной опеки и экономически тесно связанный с соседней Турцией, также переживающей непростые времена. Так, в ходе регионального форума в Дохуке 16 ноября премьер-министр Иракского Курдистана Марсур Барзани признал наличие серьёзных проблем, обусловленных по его мнению, прежде всего падением мировых цен на энергоресурсы (основная статья экспорта региона, как и Ирака в целом), наличием многочисленных перемещённых лиц и неурегулированностью отношений с «федеральным» правительством в Багдаде. Добавим к этому периодические протесты, обусловленные коррупцией местных властей (представленных в основном кланом Барзани, за исключением района, подконтрольного «Патриотическому Союзу Курдистана»), неудовлетворительным управлением и ненадлежащим качеством предоставления муниципальных услуг. Например, минувшей весной и летом даже многие кварталы региональной столицы Эрбиля, этого «курдского Дубая» с высотками и фонтанами (не говоря о сельских районах, куда, спасаясь от безработицы, переезжают многие горожане) длительное время оставались без воды. Несмотря на нескоординированный и локальный характер протестных акций, активно подавляемых местными спецслужбами, не исключено, что в случае большей организованности они могут превратиться в мощную политическую силу.

Военные действия на севере Сирии и периодические турецкие вторжения привели к появлению нескольких сотен тысяч беженцев, судьба которых до сих пор не определена. Усугубляют ситуацию острые противоречия в курдской среде и территориальные споры между Багдадом и Эрбилем, к примеру – за преимущественно езидский район Синджар (Шингял) на западе Ирака, выходцы из которого обильно представлены на белорусско-польской границе. В регионе, сильно разрушенном войной в ходе боёв 2014-2015 гг. с террористическим «халифатом», действуют соперничающие вооружённые группировки, что делает Синджар ещё менее пригодным для жизни. Подпитывает нестабильность и частичная репатриация семей боевиков запрещённого в России «Исламского Государства» – в частности, в провинцию Ниневия, а также периодические стычки на межконфессиональной почве и обусловленные ими массовые перемещения населения.

Не в последнюю очередь, способствует росту тревожных настроений в курдской среде и предполагаемый вывод из Ирака основной части американского оккупационного контингента. Особенно эти опасения усилились после поспешного бегства американцев из Афганистана, оставивших своих недавних подопечных на произвол судьбы. Соответственно, ожидания мести со стороны антиамериканских сил достаточно велики, и это заставляет многих курдов задумываться о заблаговременной смене места жительства, и едва ли на этом пути их будут останавливать сколь угодно любые объективные трудности, либо же искусственно чинимые препоны.

Ещё в конце 2000-х годов тогдашний глава правительства Курдского автономного района Масуд Барзани говорил, что если «существующие территориальные проблемы не будут урегулированы до эвакуации американцев, в Ираке начнётся война между арабами и курдами». С тех пор имеющиеся противоречия не только не были сглажены, но, напротив, ещё более усугубились. И в Багдаде, и в Дамаске считают полномочия своих де-факто курдских автономных образований недопустимо чрезмерными, и в случае их возможного крушения приток беженцев в Европу значительно возрастёт. В 1996 году в ходе операции «Тихая гавань» почти семь тысяч союзных США курдов удалось оперативно перебросить по воздуху из Ирака, где они находились под непосредственной угрозой репрессий со стороны режима Саддама Хусейна. Сейчас речь идёт о кратно большем количестве потенциальных переселенцев, не без логики указывающих на обязанность западных покровителей обеспечить, по крайней мере, материальную поддержку тем, кто имел неосторожность им поверить. Это относится не только к американцам, но и к европейцам, активно вкладывавшимся в различные предприятия и проекты в Ираке, в том числе – касающиеся материально-технического оснащения и обучения местных вооружённых формирований.

…Сегодня некоторые германские муниципалитеты изъявляют готовность принять беженцев, во многом оказавшихся заложниками военных авантюр на земле древней Месопотамии; позиция федеральных властей пока иная. Между тем, очевидно, что единственный рациональный выход из сложившейся ситуации – реальное, а недекларативноеучастие Запада в стабилизации разрушенного не без его активного участия региона, включая восстановление разрушенной оккупантами инфраструктуры. Способны ли в Вашингтоне и Брюсселе кардинально пересмотреть политическую практику последних десятилетий, закономерным следствием которой стали почти полное уничтожение древних христианских общин Ближнего Востока, перманентная «война всех против всех» и подъём наиболее тёмных сил международного терроризма? Едва ли, а значит – к новой миграционной «буре» в Европе и к её последствиям надлежит готовиться уже сегодня.

Андрей Арешев, по материалам: ИнфоШОС

Добавить комментарий