В ходе недавней поездки Нахичеванскую автономную республику президент Ильхам Алиев дал большое интервью национальному телевидению, в ходе которого прямо высказался относительно будущей судьбы Мецаморской АЭС в Армении:
«Эта станция устарела и представляет собой источник опасности для всего региона. Азербайджан и Турция неоднократно выражали свою обеспокоенность по этому вопросу на различных международных платформах. Продление срока эксплуатации этой станции не может быть бесконечным процессом, рано или поздно она должна быть закрыта».
Данный шаг приведёт к погружению в полномасштабный энергетический кризис, однако «братский» Азербайджан, само собой, готов протянуть руку помощи, причём подготовительная работа ведётся уже сейчас:
«…у нас готов проект прокладки линий электропередачи из основной части Азербайджана в Нахчыван через территорию Армении. В освобожденном от оккупации Джебраильском районе построена очень большая подстанция. Основная ее функция – передача электроэнергии. Такие подстанции называют преобразовательными подстанциями. Она была построена не для внутреннего энергоснабжения, а для передачи больших объемов энергии. Она готова. Она была построена специально для Зангезурского электроэнергетического коридора.
В результате анализа, проведённого нашими специалистами на территории Армении, были даже определены места, где именно должны быть установлены электрические столбы. Надеюсь, что армянская сторона также не будет затягивать этот вопрос», так как «наличие дополнительного источника может принести только пользу. К примеру, сегодня наши энергетические линии соединены с Россией, Ираном и Грузией, а через Грузию – с Турцией. Поэтому энергетический коридор, который протянется через территорию Армении до Нахчывана, затем в Турцию и Европу, также позволит энергетической системе Армении выстоять в случае кризиса. И чем скорее мы это реализуем, тем лучше. Конечно, вам хорошо известно, что за последние пять лет мы установили столбы в снегу в горах Кяльбаджара на высоте 3500 метров. То есть если нам предстоит реализовать этот проект, это займёт максимум шесть месяцев».
Стоит ли говорить, что подобного рода перспектива встретила в армянских экспертных кругах неоднозначную реакцию? Риторика азербайджанского лидера полностью вписывается в логику проекта TRIPP, предполагающего комплексное развитие коммуникаций, полагает доктор политических наук, в.н.с. Сектора кавказских исследований ИКСА РАН Ваге Давтян. По его оценке, на современном этапе Баку не располагает достаточными энергетическими мощностями для стабильного экспорта электроэнергии, в том числе в Армению. Имеющиеся ресурсы позволяют обеспечивать собственные потребности прикаспийской страны и осуществлять взаимные перетоки электроэнергии с соседними Россией и Ираном. Таким образом, рассуждать о возможности регулярных и устойчивых поставок из Азербайджана на внешние рынки пока преждевременно. Возможно, ситуация изменится после строительства на берегах Апшерона атомной электростанции. Об этом говорил, в частности, министр энергетики Парвиз Шахбазов, а в декабре 2024 года Ильхам Алиев не исключил, что республике может понадобиться АЭС при ряде сопутствующих условий.
Давтян не исключает перспектив захода внешних поставщиков на электроэнергетический рынок Армении, либерализованный с февраля 2022, в том числе в части импорта и экспорта. Разумеется, особое значение имеет будущее Мецаморской АЭС, позволяющее Армении выступать экспортёром электроэнергии, и участвовать в региональных энергетических проектах, включая электроэнергетический коридор «Север – Юг» от границ с Ираном до границ с Грузией. Соответственно, возможный отказ от атомной энергетики имеет далеко не только экономическое измерение: «Проблема в том, чтобы лишить Армению этого стратегического статуса со всеми вытекающими из этого последствиями для безопасности», – отмечает В. Давтян.
А по мнению агентства АРКА, «Алиев фактически предлагает Армении новую энергетическую и инфраструктурную архитектуру, в которой роль Азербайджана, Турции и поддерживаемого США проекта TRIPP возрастает, тогда как традиционное российское присутствие в регионе сокращается». Издание не соглашается с некоторыми тезисами президента Азербайджана, напоминая, что «Армянская АЭС принадлежит Республике Армения и управляется в рамках армянской государственной системы. Участие российских компаний в модернизации, техническом сопровождении и продлении срока эксплуатации станции не означает передачи России права собственности или государственного контроля над ААЭС».
Требование Баку и Анкары закрыть АЭС не соответствует энергетической стратегии Армении, намеренной «продлить эксплуатацию нынешнего энергоблока до 2036 года и использовать этот период для перехода к новой атомной модели. Правительство уже приняло принципиальное решение сохранить атомную энергетику как один из основных элементов энергетической безопасности страны и ориентироваться при выборе нового энергоблока на технологии малых модульных реакторов». Здесь можно напомнить, что российская сторона неоднократно предлагала Еревану наиболее комфортные условия сотрудничества в атомной сфере. В апреле 2026 г. вице-премьер правительства РФ Алексей Оверчук рассказал о готовности Росатома обеспечить дальнейшее продление эксплуатации Армянской АЭС до 2036 года, но при условии получения российской атомной корпорацией не менее 70% контрактных работ, однако Ереван ориентируется на «европейский вектор» и предпочитает сотрудничать с некомпетентные подрядчиками.
Ранее, в феврале вице-президент США Джей ди Вэнс анонсировал 9 млрд долл. инвестиций США в атомную энергетику Армении. По словам «заместителя» Трампа, Ереван и Белый дом подписали соглашение о сотрудничестве в ядерной сфере, известное как «Соглашение 123», открывающее «дорогу для армянских и американских компаний в реализации будущих программ. Речь идет о первоначальных инвестициях в размере 5 млрд, в дальнейшем – ещё 4 млрд». Как напоминает АРКА, «правительство уже приняло принципиальное решение сохранить атомную энергетику как один из основных элементов энергетической безопасности страны и ориентироваться при выборе нового энергоблока на [американские] технологии малых модульных реакторов». Будет ли Алиев возражать против них? Весьма сомнительно...
«ААЭС действительно имеет критическое значение: она обеспечивает примерно треть производства электроэнергии Армении. Ее остановка без своевременного замещения стала бы серьезным риском для энергосистемы… именно поэтому государственная стратегия предусматривает не отказ от атомной энергетики, а замену действующей мощности новой», – продолжает агентство, не соглашаясь с утверждением Алиева об опасности региону, якобы исходящей от действующей АЭС: «МАГАТЭ участвует в программах ядерной безопасности Армении, а продление эксплуатации станции предусматривается только при подтверждении ее безопасной работы соответствующими исследованиями и регуляторными процедурами».
«Атомная энергетика Армении уже стала одним из направлений конкуренции различных внешних игроков», – констатирует АРКА. Напомним, борьба Азербайджана, Турции и Европы против Армянской АЭС носит принципиальный характер, принимая самые разнообразные формы. Неудивительно, что в Игдыре не замедлили поблагодарить Алиева за внимание к теме угрозы, исходящей от «устаревшей» Мецаморской АЭС. Тему якобы исходящего от неё риска регулярно поднимают востока Анатолии, в том числе на уровне неправительственных организаций, рассказал глава общества «Дом Азербайджана в Ыгдыре», заместитель руководителя Федерации обществ турецко-азербайджанской дружбы Сердар Унсал. «Мы создаём общую инфраструктуру региона, а это посильнее, чем какие-то военные союзы, хотя если мы создаём общую инфраструктуру, то сразу возникает вопрос, кто её будет защищать?.. Пока есть Мецаморская АЭС, Армения зависит от России, объективно зависит. Как только Мецаморской АЭС не будет, Армения не будет зависеть от России», – откровенничает пропагандист Гела Васадзе.
Со своей стороны, Алиев прямо намекает на зависимость армянской атомной отрасли от российских технологий и специалистов, предлагая иную модель энергетических связей, полностью соответствующих стратегическим интересам Азербайджана и Турции. Предложение, от которого правительству Пашиняна будет очень сложно (если вообще возможно) отказаться, делается на фоне резкого осложнения российско-армянских отношений, череды ограничений на экспорт армянских товаров, и возникшей неясности относительно перспектив участия Армении не только в ОДКБ, но уже и в ЕАЭС. «Москва сама все более жестко ставит перед Арменией вопрос геополитического и экономического выбора, и на этом фоне энергетическая часть интервью президента Азербайджана выглядит значительно шире обычного разговора о ЛЭП, – пишут авторы АРКА. – Если сегодня значительная часть энергетических связей Армении исторически завязана на Россию – от поставок газа до участия "Росатома" в атомной отрасли, – то предлагаемая Алиевым модель создает дополнительную ось: Азербайджан – Армения – Нахичеван – Турция – Европа, причем под политическим зонтиком американского TRIPP. Это ещё не означает, что одна система автоматически заменит другую. Но потенциально такая инфраструктура способна уменьшать зависимость Армении от одного внешнего направления и одновременно усиливать роль Азербайджана и Турции в энергетической архитектуре Южного Кавказа».
Стремясь воспользоваться образовавшимся «геополитическим окном», Алиев предлагает Армении «инфраструктурную модель, которая объективно уменьшает исключительность российского присутствия и одновременно делает Азербайджан одним из ключевых участников будущей региональной энергетической системы». Практические вопросы двустороннего взаимодействия обсуждаются в рамках Государственной комиссии по делимитации государственной границы под председательством вице-премьеров Шахина Мустафаева и Мгера Григоряна, и можно предположить, что в ближайшее время разговоров об энергетической «интеграции» станет больше. Однако, как справедливо отмечает телеграм-канал Внешний Враг, любая «диверсификация должна добавлять новые возможности к уже существующим, а не разрушать работающую систему в ожидании того, что когда-нибудь появится другая… Нельзя менять работающую энергетическую систему на набор обещаний и технологий, которые существуют преимущественно в проектах. Сначала необходимо построить реальные альтернативы, проверить их экономику и надежность, а уже потом пересматривать существующую архитектуру».
Александр Григорьев